Добро пожаловать

WalYou — библиотека рассказов и рецензий

Обложка рассказа Колизей. Читать рассказ онлайн
3

Колизей

Группа отправилась в поход. Некоторые были друзьями, некоторые были совсем не знакомы, а некоторые встречались всего пару раз. Разные люди, разные характеры и море алкоголя. Вечер обещал стать насыщенным, но они даже не подозревали насколько…Иконка флэш версий рассказа


Вы можете кликнуть на иконку и перейти на Flash версию рассказа.


Оглавление:

1. Лес
2. Стена
3. Дорога в Колизей
4. Эпилог


 

Лес

Мы шли большой компанией по лесу. Нас было пятнадцать человек.

В толпе я чувствую себя неуютно: начинаю вспоминаться собственные недостатки, боюсь сказать или сделать глупость и совершенно не могу расслабится. К счастью, такое состояние длится не долго, я нахожу себе одного-двух собеседников и забываю, что нахожусь среди большой группы людей.

Мне нравятся поездки на природу. Для меня они всегда были отдыхом для души, а не увеселительной прогулкой. Я считал, что нужно брать самых близких, садится с ними вокруг костра и размышлять о высоком, о вещах, которые редко упоминаются в повседневной жизни. Размышлять о смысле жизни, но при этом не выглядеть занудой, наоборот, оказываться в центре компании, где всем интересно поговорить об этом. Вот что для меня значит отдых в лесу, для других, мне кажется, все иначе.

Внезапно идущие впереди остановились, полоска людей быстро превратилась в полукруг.
-Антон, блин, что опять случилось? – сказал кто-то
-Вы это слышали? – невысокий парень показывал в сторону кустов слева. Его голос слегка дрожал и было видно, что он напуган, но старается не подавать вида.

Ничего особенно там не было. Обычный лес, который постепенно становился гуще, все меньше пропуская солнечные лучи. Чаща выглядела одновременно красивым и безопасным местом. Кто может там водиться, ужи? Похоже, у Антона разыгралась паранойя, а ведь мы отошли от ближайшего села всего на пару километров. Интересно, что будет дальше?

-Нет, я ничего не слышал. – сказал Костя, выйдя вперед. Он был самым крупным в компании, и, похоже, обладал высоким положением.

Все закивали, в подтверждение его слов, и двинулись дальше. Я был согласен с решением: в нашей компании были девушки, а они способны вбить в голову всякие глупости, которые заставят их вернутся назад.

-Я действительно что-то слышал! – не унимался парень.

-Ветер.

-Нет. Что-то другое…

«Действительно, — подумал я, — ветер ты слышать не мог, его нет». Стояло абсолютное безветрие и единственные звуки, разносившиеся по лесу, создавали мы.

-Антон, я уверена: ты действительно что-то слышал. – сказала крупная девушка, с грубыми чертами лица. Кажется, Настя… или Вика.

Парень посмотрел на девушку переполненный благодарностью, и, похоже, ее реакция стала для всех неожиданностью:

-Правда?

-Ясен пень правда. Это были голоса в твоей голове. Ты ведь рехнулся, причем давно.

-Да ну тебя, — ответил Антон, обидевшись. – Кстати, а никому не приходило в голову, почему одни люди сходят с ума, а другие нет? Такое бывает даже тогда, когда все находятся в одинаковых условиях. Как бы вы могли это объяснить?

Я заметил, что он говорит не потому, что ему действительно интересно, а для того, чтобы избавится от чувства тревоги. Его напугало то, что, как ему показалось, он слышал.

-Заканчивай! – вмешался Костя.

-Ну серьезно…

-У всех разный мозг. Одни пьянеют от бутылки пива, а других едва берут даже сильные наркотики. Тебе достаточно? Теперь замолчи. — закончил Костя и дальше мы пошли молча.

Еще одна особенность походов в том, что движение разгоняет кровь, поднимая настроение. Спустя сотню-две метров, все забыли неловкую ситуацию, громко смеялись и шутили. В таком состоянии мы пришли к месту, где решили остаться. Все сбросили рюкзаки и начали заниматься своими делами: кто-то начал осматриваться, кто-то упал на траву и стал следить за облаками, а кто-то схватился за карты и пиво. У меня же были другие планы.

Всю дорогу я наблюдал за стройной брюнеткой. У нее был приятный голос и красивое лицо. Когда она улыбалась, ее щечки становились по-детски пухленькими, что делало ее еще более милой (хотя, казалось бы, куда больше). Она не была похожа на серую мышку, и мне показалось, что она любит развлечься, но в то же время она ничем не походила на грубую Вику, обидевшую сегодня Антона. Если бы я относился к этим романтическим нытикам, то сказал бы, что влюбился с первого взгляда.

Мы сразу нашли общий язык, и мое настроение моментально подскочило к стратосфере. Несколько минут мы болтали ни о чем, а потом я решил рискнуть и попытаться побыть с ней наедине:

-Алиса, а пойдем осмотримся?

Единственное, что я слышал следующие несколько секунд – стук крови в висках, а потом она наконец ответила:

-Пойдем, – и мы пошли.

Свернув с тропы, мы углубились в лес. Новообретенное уединение длилось не долго. Сзади раздались голоса. Обернувшись я увидел, что за нами увязалось еще несколько парочек. Наверное, они решили, что я знаю, куда иду, и помогу им прийти в какое-то удивительно красивое место, до которого остальным стало просто лень идти.

Вскоре лес начал уходить вверх, и нам пришлось подниматься на холм. Взобравшись, я остановился, не желая портить ощущения излишними действиями. Я даже задержал дыхание. Мы словно поднялись на вулкан, где вместо кратера с лавой, находилось огромное озеро, не меньше километра длиной. Вода явно поднялась выше нормального уровня, и под небольшим обрывом (не больше метра), виднелись затопленные кусты, и на дне была трава.

Я провел в состоянии бревна-созерцателя не больше трех секунд, но придя в себя, мне стало понятно, что мир вокруг слабо, но значительно, преобразился. Когда я повернулся к Алисе, то увидел, что кроссовки на высокой подошве стоят рядом, а она сбрасывает салатовое платье. Мне захотелось ее остановиться, но, во-первых, я бы не успел, а во-вторых, страстные мысли полностью вытолкнули доводы рассудка.

Она сделала сальто и нырнула. Мое сознание на секунду отключилось. Сначала я решил: «Ни за что не стану купаться! Растения хотя и были глубоко, но, не смотря на это, находились в опасной близости. Исцарапанная спина и ноги – это меньшее, что может случится». Но я увидел, как Алисе весело и мне захотелось того же. Сделав шаг, я заметил, как на ветру развивается расстегнутая рубашка, надетая поверх футболки, а в голове скользнула мысль: «Идиот, ты забыл выложить телефон, деньги, блокнот» … В следующую секунду это было уже не важно. Меня поглотила холодная вода, которая словно активировала кнопку перезагрузки внутри головы. Мысли исчезли, а вместо них возникла черная, но приятная, пустота.

 

Стена

В спину светило теплое солнце, но мне показалось, что оно слишком жадно впивается в кожу. Я словно очнулся от сна. Осознание пришло мгновенно: на мне нет футболки, рубашки, да и вообще никакой одежды, я не знал, сколько прошло времени и что случилось. «Куда делись вещи?». Первая идея была странной, но тогда она показалась разумной: «Я глубоко нырнул, запутался в затопленных кустарниках и избавился от одежды, чтобы не утонуть».

В голову не пришла мысль, что если бы я зацепился, то уж точно не всей одеждой, а если бы это было так, то утонул раньше, чем успел избавится от вещей. Человеческий мозг устроен таким образом, что он старается минимизировать все, что ему кажется вредоносным или слишком тяжелым для восприятия. Возможно, он забраковал доводы логики, чтобы не вызывать у меня шок. Вместо них он выдал бредовую, но легкую для восприятия идею.

Вместо длительных размышлений я решил сначала найти одежду.

-Ребята, что случилось? – спросил я, прикрывая рукой свое достоинство.

Все уставились на меня так, словно видели впервые. Мне показалось, что они усердно вспоминают, что же случилось, но случилось не со мной, а с ними. Вспоминают, кто они такие, что здесь делают и где вообще находиться это «Здесь». Несколько секунд они оглядывались по сторонам, смотрели друг на друга и терли глаза, словно мгновение назад проснулись.

Прошло меньше трех секунд и я снова увидел перед собой людей, с которыми пошел в поход. Они действовали медленнее, чем обычно, но, похоже, уже были в норме.

-Что с тобой случилось?

-Я думал вы мне скажете. – раздраженно ответил я.

Стало тихо. Они снова вспоминали, но никто не подавал виду. Казалось, они пытаются скрыть это даже от самих себя.

-Ты вроде пошел купаться.

«Верно, блин, это я и сам знаю!»

-И? – протянул я.

Снова тишина. Мне стало неуютно. Они вели себя странно. В такие моменты должны звучать подколы, струиться смех и царить атмосфера непринужденного веселья, но стояла абсолютная тишина, словно мы находились в вакууме. «Что происходит?» — стоило бы тогда задаться этим вопросом и бежать подальше, захватив с собой как можно больше людей, но вместо этого меня интересовало всего одно: «Где моя одежда?».

-Ты же пошел купаться… Вроде был в ней, зацепился, наверное, за какую ни будь ветку и…возможно, она все еще там. – неуверенно промямлил Вова, которому слово неуверенность было чуждо.

Конечно, в тот момент меня это ни капли не насторожило. Я обрадовался, что у моей версии нашлось подтверждение.

-Идем, поищем мою одежду в воде. Чем больше глаз, тем лучше. На мне была красная футболка, думаю, ее будет не сложно заметить даже на самом дне.

Остальные направились ко мне, а я просто развернулся, ведь все это время стоял на берегу. Я глянул налево и рядом со мной уже возникла Алиса. Она была в сухой одежде.

«Сколько же прошло времени?» — должен был подумать я, но, как часто бывает в таких ситуациях, логическое мышление замещают первичные инстинкты, которые передают приоритет абсолютно идиотским идеям, блокирую разумные. Экономия энергии, мать ее!

Рядом начали возникать люди и я посмотрел наконец на воду. Голова закружилась, перед глазами возник образ, который мгновенно исчез, не позволяя себя проанализировать: меня охватила слабость, вещи тяжелеют, я медленно опускаюсь на дно, «Здесь глубже, чем казалась» — думаю я, и закрываю глаза, готовясь никогда больше их не открыть. Картинка была подобна удару статического электричества. Сначала она бы болезненная и реалистичная, но долю секунды спустя я уже мысленно смеялся с собственного воображения, которое в последнее время что-то сильно разыгралось.

Я посмотрел в воду, убеждаясь, что здесь не глубоко. «С такой фантазией пора идти в писатели. Когда вернусь домой, то обязательно попробую написать коротенький рассказ» — подумал я, слабо улыбнувшись.

Около десяти минут мы вглядывались в каждый кустик, который могли рассмотреть на глубине, но одежды нигде не было. Мне казалось, что будет легко рассмотреть ярко-красную ткань на фоне зеленого покрывала травы в воде, но я ошибся. Либо мы все были слишком невнимательные, либо одежды там не было: «Но тогда где она?».

Сотый раз дойдя взглядом до конца озера, я остановился и присмотрелся. В центре озера был небольшой островок, со всех сторон окруженный густой стеной деревьев, сквозь которую нельзя было рассмотреть ничего дальше, чем на пол метра. Возле воды, под одним из кустов я увидел странную горку, которая выбивалась из общего ландшафта природы, напоминая что-то созданное человеком.

-Ребята. – я махнул рукой в сторону необычного холма. – Как думаете, что это?

-Похоже на одежду. Твою одежду. А зачем ты туда плавал? – спросил меня кто-то из девушек. Это был почти сухая констатация факта, риторический вопрос, заданный скорее из вежливости, чем из любопытства.

Впрочем, ее интонация меня мало интересовало. Больше всего мне захотелось узнать ответ на вопрос: «Действительно, зачем я туда плавал?». На секунду даже показалось, что этого островка не было, когда мы пришли, но я быстро избавился от очередной глупой фантазии. «Точно, не было островка, он же возник из ниоткуда… Как же! В жизни все именно так и происходит: ты идешь по пустой и не интересной улице в одну сторону, а когда вечером возвращаешься, то там уже рынок с казино и стриптизершами. Так обычно и происходит!»

Люди начали терять интерес, которого и не было в принципе. Кто-то со скучающим видом начал смотреть по сторонам, кто-то уходить обратно на поляну, чтобы продолжить разговоры, от которых я их оторвал, и спустя минут пять рядом со мной осталась только Алиса. Она выглядела единственным человеком, которого хоть немного интересовала ситуация.

Я улыбнулся, кивнул, мысленно говоря: «Подожди немного, сгоняю за вещами и вернемся к тому, на чем остановился», и нырнул. Вода была теплой. Плыть было приятно. Хотелось расслабится, перевернутся на спину и несколько часов просто дрейфовать до островка. Единственно, что меня удержало – желание быстрее привести себя в нормальный вид и вернутся к Алисе, поэтому я поплыл быстро, оставляя за собой гору брызг. Конечно, можно было не спешить, но, несмотря на все произошедшее, я пытался произвести на нее впечатление.

Я легко вышел на берег (там не было метрового обрыва) и перестал радоваться. На земле действительно лежала гора одежды, но там не было моей. В куче лежали различные майки, футболки и свитера, некоторые вещи выглядели почти новыми, а другие по внешнему виду и стилю напоминали одежду из прошлого века. Происходящее наконец-то начало казаться странным. «Кто и зачем оставил здесь столько одежды, принадлежащей разным людям из разного времени?».

Мне срочно стала нужна чья-то поддержка. Я оглянулся, но Алисы на берегу уже не было, она влилась в компанию на поляне. Ребята что-то громко обсуждали, смеялись и, похоже, полностью забыли про меня. Это слегка удивляло, но не достаточно сильно, чтобы заставить по-настоящему переживать.

Я осмотрел и заметил за кустами кусочек красной ткани: «Ура! Похоже это моя футболка. Скоро придет конец вынужденному эксгибиционизму!». Вокруг было множество острых камней и шипованные ветки, они заставляли идти на носочках. «Откуда их тут столько? Прямо природная баррикада» — думал я, пока натягивал джинсы, облокотившись на бетонную стену.

В следующую секунду я дернулся вперед и, запутавшись в штанинах, едва не упал.

В небо стремилась огромная стена высотой метров в десять. С обеих сторон не было видно ее краев, они уходили в гущу деревьев, постепенно теряясь. Стена была сделана из плотного белого камня, который, похоже, хорошо сохранял температуру. Несмотря на жару, камень оставался холодным на ощупь.

От прикосновения по руке пробежала дрожь, на меня словно вылили ведро ледяной воды, а сверху присыпали кубиками льда. Все, что до этого выглядело немного странным, теперь стало абсолютно ненормальным!

-Что, блять, происходит? Этой стены точно не было! – шепотом сказал я, будто опасаясь, что кто-то услышит.

Я обернулся, собираясь бежать, но внезапно все пришло в порядок. Проснулся здравый смысл.

«А что, собственно, необычного произошло? Я нырнул за Алисой, немного искупавшись в теплой воде, заметил остров и поплыл к нему. Там решил отогреться, повесил сушиться вещи и решил прогуляться. Увидел интересную стену, которую раньше не замечал, захотел о ней рассказать и поплыл обратно, забыв на эмоциях одеться. Бывает. Я вышел на берег и от экстремального перепада температур встретил тепловой удар. Никто этого не заметил, потому что все были увлечены другими делами, например, понемногу вливали в себя спиртное. Когда я пришел в себя, то у меня появилась легкая амнезия, и все начало казаться странным, что естественно».

Странности объяснены, все встало на места и я снова посмотрел на стену, в этот раз без страха, с любопытством. В некоторых местах камни были выложены таким образом, что напоминали тренажер для альпинистов. Я несколько раз дернул за выступ, но ни один камень не пошевелился. Все выглядело надежным. Мне захотелось забраться наверх, посмотреть, что там, за «Великой стеной».

Сейчас кажется, что мной двигало не любопытство, а желание доказать себе, что там нет ничего необычного. Хотелось убедится, что это всего лишь какая-то оборонительная стена, пережившая множество веков. Никакой мистики.

Восхождение происходило медленно. Я проверял каждый камень несколько раз прежде, чем подняться на него. Руки дрожали, но, глядя вниз, становилось понятно, что возвращаться еще более глупо, чем карабкаться дальше. Большая часть пути уже пройдена.

-Ребята, — крикнул я, когда оказался выше уровня деревьев и заметил свою компанию на том берегу. — Как думаете, что там?

Мне хотелось одновременно обратить на себя внимание, показать, что со мной все хорошо, и услышать крики из раздела: «Ты чего туда залез? Спускайся!» — обычно они добавляют уверенности и увеличивают мотивацию. Никто не реагировал. Я выкрикнул еще несколько раз, и только после последней фразы, когда чуть не потерял голос, меня заметили.

-Коль, а ты где?

«В смысле, где? Вы что слепые? Или уже выпили все бухло, которое мы приготовили на четыре дня?»

-На стене, где же еще!

-На какой стене? – донесся удивленный голос.

-На обычной стене, которая на острове. – громко прохрипел я.

«Наверное, завтра буду говорить шепотом. Сорвал голос. Нужно было не выпендриваться, а молча лезть».

-Где-где?

Больше я отвечать не стал. «Шутники. Как вообще можно меня не видеть, если я возвышаюсь почти над всем лесом? Я сейчас король, блин, мира!»

Преодолеть оставшуюся часть пути было легко. Камни всегда располагались на одинаковом расстоянии, из-за чего руки привыкли и движение происходило почти автоматический. Мышцы немного тряслись от напряжение, но желание узнать что там находится было сильнее.

Я схватился за последний камень, вышел на одну руку (у спортсменов это называется «поставил флажок») и подтянул остальное тело.

Передо мной открылась не другая сторона леса, скорее внутренний дворик. Оказалось, что все это время я карабкался не на Великую Китайскую стену, а на нечто напоминающее Римский Колизей. Стена оказалось широким кругом, сужающимся к центру.

Поляна посередине заросла травой и кустами, а камни в некоторых местах потрескались. Все выглядела более чем нормально: обычное заброшенное место, забытое всеми. Однако, внезапно дали о себе знать сотни просмотренных фильмов ужасов, во мне проснулась необоснованная тревога. Окружающее стало казаться странным: деревья слишком низкие, на кустах мало листьев, а трава какая-то болезненная и с фиолетовым оттенком.

Логика говорила: все в порядке, стоит полностью подняться, присесть и отдохнуть (я все еще висел на стене, руки тряслись, и здравый смысл намекал, что перед спуском лучше отдохнуть). Но я не спешил следовать доводам разума. С каждой новой мыслью росло чувства тревоги и ощущение ограниченности во времени. Воздух над Колизеем странно искажался, как в сильную жару, напоминая мираж и я посмотрел на небо.

Солнце близилось к закату.

«Но как? Мы пришли сюда утром, и, если вычесть мелкие приготовления, у озера мы оказались часам к девяти… С другой стороны не известно сколько я пролежал в обмороке, так что, в общем-то, все нормально» — напряжение слегка спало. Стало ясно, что легкая паника была вызвана не ощущением прикосновения сверхъестественного (я хихикнул от собственных мыслей), а чувством времени, которое намекало, что пора готовиться к ночлегу.

Прежде, чем спускаться, я в последний раз окинул «Колизей». Треснувший «бетон», из-под которого к свету прорываются молодые деревца, пожелтевшая на солнце трава, камни разбросанные по центральной поляне – ничего особенного. Но внутреннее чутье, интуиция, появившаяся раньше логики, нашептывала: что-то не так. Вернулось легкое чувство тревоги и я решил не задерживаться. Спускаться оказалось сложно, постоянно хотелось вернуться. Так продолжалось до тех пор, пока я полностью не спустился.

Ноги коснулись земли, я поднял голову и посмотрел вверх.

-Коля, ты идиот! Ты понимаешь, что рисковал жизнью, легко мог сорваться и погибнуть? – сказал я себе и рассмеялся. Умные мысли всегда приходят лишь тогда, когда проблема исчезает.

Я присел на берегу и задумался. Солнце садилось, мир начал терять краски, а вокруг была вода. Попасть сюда было легко, был сильный стимул: желание вернуть одежду, чтобы избавиться от неловкости и разобраться в ситуации. Назад же возвращаться поводов было мало. Вернее, их было много, они были весомыми, но уставший мозг настойчиво их игнорировал. Отогреться у костра, после чего пойти в палатку куда лучше, чем уснуть на голой земле, но мне не хотелось плыть обратно. Я был готов с радостью вернутся, если бы был способ не касаться воды.

В голове уже созрело несколько планов, как переночевать здесь. Каждая следующая идея была более ленивой, чем предыдущая. Сначала я хотел сделать шалаш с подстилкой из листьев и травы, потом подумал остановиться на лежаке, а в итоге решил найти кучу листьев и уснуть в ней. Голова начала сама клониться на бок, и мне показалось, что в воде отражается нечто, что напоминает огромный мост, ведущий с одного берега на другой. Я дернулся вперед, чтобы лучше рассмотреть то, что находилось за стеной деревьев и не рассчитал силу.

Вода, час назад напоминавшая теплую ванну, стала ледяной, словно горная река. Перепад давления ударил по ушам и мне показалось, что я не упал в озеро, а зашел в собственную спальню. Хлюпанье воды прозвучало, как стук закрывающейся двери. Я расслабился, но комната показалось мне странной. Я моргнул и понял, что нахожусь не дома, а в воде… И тону. Вещи стремительно тянули ко дну, а я не предпринимал ничего, чтобы им помешать. Только чудом я не потерял самообладание и смог выбраться, но, когда оказался на поверхности и сделал жадный глоток воздуха, в голову пришла странная мысль: «А стоило ли оно того? Проще было отдаться на волю случая, тогда бы все проблемы и сложности остались позади». Мысли начали стремительно развиваться в этом ключе, фактически восхваляя судьбу утопленников и… Внезапно появился случайный образ, который заставил дать себе ментальную пощечину и, не жалея сил, двинуться к берегу.

За спиной вздымалась гора брызг, вода с грохотом выбивалась из-под рук, разносясь по округе, но шум был не способен заглушить мысль, которая крутилась в моей голове, словно зацикленная песня: «Это уже было. Это уже происходило со мной. Сегодня!».

Одновременно думать и плыть было тяжело, поэтому пришлось отогнать параноидальные (но логические) мысли. Я собирался всерьез поразмыслить, когда окажусь на берегу, но этому было не суждено сбыться. Едва я оказался на твердой земле, подбежала непонятно откуда взявшаяся Алиса и крепко обняла. В первое мгновение хотелось отстраниться, мне было неловко от того, что я мокрый, но потом вспомнил, что она сама решила меня обнять. Глупо было бы упускать шанс.

-Пошли? – спросил я спустя пару минут, когда полностью расслабился.

-Куда? – она улыбнулась.

-К остальным, конечно. – я махнул рукой в сторону, откуда мы пришли. – Они уже, наверное, устроили все для ночлега, подготовили спирт, гитары и ждут, когда мы вернемся.

Во-первых, мне не хотелось разделять группы (мы пошли все вместе, значит должны ночевать так же), во-вторых спать возле воды глупо. Ночью будет сыро, холодно, а комариное жужжание будет громче, чем рев взлетающего самолета.

Алиса промолчала. Знаете, необъяснимое чувство, когда тебе кажется, что за тобой кто-то наблюдает? Его нельзя описать словами, оно не вызывает никаких ощущений, кроме твердой уверенности: «Сейчас на меня смотрят». В тот момент я испытал нечто подобное, но усиленное во множество раз. Казалось, что на меня направлены сотни глаз и все они чего-то ждут. Я обернулся, понимая, что ничего не увижу, и действительно ничего не увидел: никто не прятался на дне озера, не сидел на деревьях и не было никакого моста. «У тебя расшатались нервы, друг» — сказал я себе мысленно, при этом не переставая вглядываться в темноту, надеясь увидеть стену «Колизея».

Ночь еще не наступила, а мне не удавалось заметить то, что должно возвышаться над деревьями. «Что за ерунда? Получается, ребята меня действительно не видели, но как такое может быть?»

-Я не хочу идти. – сказала наконец Алиса, прерывая размышления.

-Что? Куда?

-К остальным, как ты предлагаешь. Давай лучше останемся здесь?

-Тут же идти минут десять… — у меня уже не было особого желания возвращаться к остальным, но я привык придерживаться собственного мнения даже тогда, когда сам начал считать его безумным.

-А зачем идти? Мы с ребятами решили остаться здесь.

Только теперь я заметил, что мы с Алисой не одни. В метрах двухсот от нас, возле деревьев, стояли три палатки: в одной дремал Артур с Викой, в другой Марина и Миша, а третья, если я правильно понял, предназначалась нам. Палатки были расположены отдаленно друг от друга и я улыбнулся: «За меня уже все решили, да?».

-Они же будут волноваться, особенно Антон. – я сказал это потому, что нужно было слегка настоять на своем, для вида. На самом деле я уже все решил. Конечно остаюсь!

Алиса проигнорировала мои слова, повернулась и пошла к остальным. Возле нашей палатки она развернулась и посмотрела на меня. В ее взгляде читался вопрос: «Ты остаешься или уходишь?», и все, больше никаких эмоций. Стало интересно, какого ответа она ждет больше и я осмотрел ее с ног до головы. Мне показалось абсолютное безразличие: «Остаешься? Отлично. Пойдешь к остальным? Прекрасно».

Она будто делала все по инерции… В первые мгновения меня это насторожило, но потом пришла разумная мысль: «Инерция – способность тела сохранять свою скорость, если на него не воздействуют другие тела. У нас уже «порядочная» скорость и ее никак нельзя было терять».

Я пошел к ней. Уголки ее губ слегка приподнялись.

-Что будем делать? – спросил я, когда оказался рядом.

-А что ты хочешь?

Хотелось много, но ничего из того, что возникло в голове, нельзя было себе позволить. Если я не займусь подготовкой ночлега, то про веселую ночь забуду. Вернее, сначала будет весело, но ближе часам к четырем станет невыносимо. Мы и так встали не в самом удобном месте, что значительно увеличивало шансы утра перестать быть добрым.

Начать следовало с костра. Тепла от него будет мало, зато дым будет отгонять насекомых и заниматься остальными делами станет проще.

-Владимир, подъем. Раз мы решили остаться здесь, то настало время заняться делами. – сказал я и задумался: «Полное имя Вовы действительно Владимир или я напутал?». В отличии от остальных, с кем мне придется ночевать, его я видел раньше. Мы почти не общались, но хотя бы были знакомы.

Пока парень приходил в себя, я осмотрелся. Озеро было абсолютно гладким, сквозь ветви пробивались лучи заходящего солнца, окрашивая воду в красный, а стена на острове не пугала, а вписывалась в интерьер, добавляя образу законченные очертания. Я ощутил на себя дух старины и почувствовал себя крестоносцем, ночующим у входа в древнюю крепость: враги еще не знаю, что их злейший противник рядом, и скоро им придет конец.

-Чего ты орал? Что надо? – от неожиданности я вздрогнул и повернулся на звук. На меня неодобрительно смотрел Вова.

-Я хочу во-от такую стопку дров. – я раскинул руки, и наклонившись к нему шепотом продолжил. – Как зовут нашего третьего? Забыл.

-Митьку, что ли?

-Наверное…

-Митька.

-Позови его, а? – попросил я, потому, что не знал, какое у него полное имя.

Вова позвал друга, тот медленно вылез из палатки, и покачиваясь направился к нам. Если от Владимира немного тянуло алкоголем, то от Мити несло им так, что я учуял запах с нескольких метров, еще до того, как тот открыл рот. Факт, что они были пьяными должен был расстроить, ведь они не только начали раньше и без меня, так еще и пользы от них теперь не будет почти никакой. Но, тем не менее, я наоборот расслабился. Происходящее перестало казаться странным, все было совершенно нормально! Переживания исчезли из головы.

Спустя два часа мы уже сидели вокруг вяло горящего костра и допивали пиво, запасов которого должно было хватить на трое суток, но которое закончилось за полтора часа. Костер догорал, а веток не осталось. Мы собрали их скорее для эстетической цели, чем для практической, сидеть вокруг огня и разговаривать было приятно.

Алиса лежала у меня на коленях, я гладил ее волосы, стараясь не дрожать: от озера веяло холодом, сыростью и чем-то еще. Оно пугало. Клонило в сон, настроение с каждой минутой становилось только хуже и внезапно стало плевать, выйдет что-то с Алисой или нет.

-Ребята, я, наверное, пойду спать. Вы тоже долго не засиживайтесь. –сказал я, вставая.

-Не будем. – сказал низким голосом Митя, стараясь скрыть собственное состояние. Он тщательно маскировал, что пьян. Получалось скверно, но мы, как настоящие друзья, подыгрывали.

-Я с тобой. – сказала Алиса и взяла меня за руку.

Я на мгновение обрадовался, но потом вернулась апатия. Больше всего на свете мне хотелось спать. Я был готов улечься прямо на земле, не дойдя до палатки трех метров, но меня удержало желание сохранить лицо перед девушками.

 

Дорога в Колизей

У пива есть известная особенность: оно быстро пьется, а потом так же быстро покидает организм. Говорят, в некоторых племенах индейцев существовала стратегическая хитрость: во время военных походов, каждый мужчина перед сном выпивал столько воды, сколько способен уместить, что помогало раньше проснуться и двинуться в путь. Если обычное пробуждение начинается с головокружения и легкой вялости, то пробуждение по нужде всегда сопровождается бодростью, и придает определенное ускорение. Я почувствовал себя бракованным индейцем, потому что кружилась голова, вставать не хотелось, а уснуть не удавалось.

Я аккуратно убрал с груди руку Алисы, медленно вылез из-под покрывала, чтобы не потревожить ее, и по миллиметру начал расстегивать палатку, стараясь издавать меньше шума. На улице было холодно, а когда я, дрожа от холода, закрыл палатку, то понял, что фонарик остался внутри.

Свет полной луны пробивался сквозь листву и освящал поляну. Возвращаться за фонариком было бессмысленно и я направился к ближайшему дереву, потирая руки, чтобы не замерзнуть. Сложно замечать окружение, когда с одной стороны тебя подгоняет желание облегчится, а с другой кусает холод, который приправлен сыростью и достает, кажется, до самой души, но мне все же как-то удалось. Смотря на озеро, я приступил к делу, стараясь быть как можно тише. Мне не хотелось, чтобы кто-то проснулся, подумав, что начался дождь и настало время «укреплять палатки».

Луна отражалась на гладкой поверхности воды. Ветра не было, и лес тонул в прекрасной тишине. Внутри меня проснулся романтик. Я подошел ближе к берегу, чтобы запечатлеть в памяти картину, еще не зная, что она навсегда останется со мной.

До меня донесся шорох и я увидел возле озера фигуру. На секунду накатил страх: мне всегда казалось, что в лесу, посреди ночи, рядом с чужой стоянкой, нельзя встретить доброжелательного человека, особенно, если он пытается скрываться. Очертания показались знакомыми. Я сделал несколько бесшумных шагов, стараясь подражать кошкам, первые два вышли идеально, но на третий под ногами хрустнула ветка. Казалось, звук разнесся по всему лесу, я напрягся, но незнакомец не реагировал. «Едва ли случайный гость стал бы вести себя настолько странно».

Глаза привыкли к темноте и я смог рассмотреть атлетически сложенное тело моего нового приятеля.

-Вовчик. – радостно вскрикнул я.

Человек не пошевелился. Я встал рядом и ненавязчиво посмотрел на него. Мы были слишком слабо знакомы (до этого похода виделись всего один раз), чтобы можно было определить нормально он себя ведет или нет. Может в нем тоже проснулся романтик и он наслаждается удивительной красотой места, о котором мы могли бы не узнать, если бы я не решил прогуляться с Алисой.

Изначально мы собрались большой компанией, чтобы отдохнуть на природе, что в переводе значит: выбрали ближайшее место, где нельзя встретить людей, но можно напиться «в дрова» и повеселится. Нас не слишком интересовало окружение, имели значение только окружающие и количество алкоголя. Это нельзя было даже назвать поездкой на шашлык, потому что мясо никто не брал.

-Вова?

Он снова не ответил. Я попытался понять, куда он смотрит. Его взгляд упирался в стену, возвышавшуюся среди деревьев. Лично мне она не казалась чем-то прекрасным, наоборот, сейчас она напоминала уродливый прыщ, на лица природы. Похожие чувства испытываешь, когда плывя на катере вдоль реки, замечаешь в воде мусор. В такие моменты понимаешь, что люди способны не только создавать, но и разрушать. Уничтожать окружающую среду, загрязнять воду и убивать прекрасные моменты.

-Ладно, завязывай. Что случилось? С Алиной поругался что ли? Бывает, ничего страшного, еще помиритесь. Маленькая ссора — это не повод, чтобы ночевать на улице, как считаешь? – я положил руку ему на плечо и он наконец-то отреагировал, правда совсем не так, как ожидалось.

Он повернулся спиной и пошел вдоль берега. Его руки не шевелились, безвольно висели вдоль тела, а ноги он переставлял очень медленно. Расстояние в несколько метров он преодолел лишь немногим быстрее, чем это сделала бы версия Усейна Болта в мире улиток.

«Депрессивный идиот» — подумал я обиженно и направился обратно к палатке, пытаясь убедить себя, что мне плевать на его проблемы. «Я попытался помочь, но он проигнорировал. Все что можно было сделать, было сделано. С остальным пусть разбирается сам. Захочет утопиться – пожалуйста. Разве меня это должно волновать?»

Я взялся рукой за бегунок молнии на палатке, после чего вслух ответил на собственные мысли:

-Да, должно. Мы вроде как друзья, к тому же если он умрет, то от него будет слишком много проблем. Сначала вести его тело, а потом часами объяснять полиции, как это произошло. Нет, так не пойдет. Не по-человечески это.

Я вернулся обратно, но Вовы не было. Он не прятался возле дерева, не рыдал возле озера, а значит оставался всего один вариант – решил прогуляется, придурок. До сих пор мне не удается уверенно сказать, что было бы лучше: если бы я пошел за ним или остался. Второй вариант помог бы найти ответы, но я выбрал первый и способен оценить только его «Прелести». Хотя, знаете, я сейчас рассказываю эту историю, а значит все вышло не так уж и плохо.

-Блин, как же холодно. – сказал я, потирая плечи, прокашлялся и закричал. – Вова!

Ответа не последовало. Я крикнул снова. Реакции опять не было, но мне показалось, что справа, за барьером деревьев, что-то блеснуло.

Я не колебался. Почему-то казалось, что он в опасности. Большой опасности. Я слышал много историй, про неразделенную любовь и семейные ссоры, но слишком плохо знал этого парня, чтобы с уверенностью сказать, что он на такое не способен. «Глупо сводить счеты с жизнью, если ты не понравился кому-то из семи миллиардов таких же одиноких людей» — всегда думал я, не осознавая, что все люди разные и у каждого на этот счет собственное мнение.

Меня переполнило чувство собственной важности, словно от моей реакции зависит чужая жизнь (и это приуменьшение, тогда мне казалось, что от моего решения едва ли не зависит судьба всего человечества).

Я побежал.

Выставив перед лицом руки я бежал вперед. Ветки свистели возле головы, врезаясь колючками и корой в сжатые кулаки, а корни старались ухватить за ноги, но это было неспособно меня остановить. Во мне проснулся супергерой – ночной недоумок, готовый спасать человека, который просто решил побыть один. Когда меня посетила эта мысль я остановился и рухнул на землю. Спиной нашел какое-то дерево и прислонился к нему, стараясь отдышаться. Воздух обжигал легкие, пальцы саднили, а глаза слезились, мешая осмотреться.

Спустя пять минут я пришел в себя, но когда увидел, что было впереди, то снова вышел из себя: захотелось одновременно кричать, бежать, сидеть, не двигаться, притвориться мертвым и проснуться. При свете луны блестел белый камень огромного моста, перекинутого через озеро. Он напоминал лестницу, уходящую в бесконечность, но я видел его конец. Он заканчивался на самой верхушке «Колизея». Именно этот мост я видел днем!

Перед мостом стоял Вова и смотрел вверх. По его лицу блуждали тени и оно пугало. Я едва различал очертания его фигуры, все смазывалось в нечеткий силуэт, но мне стало не по себе. Казалось, что впереди стоит кто-то другой, мне не знакомый.

-Вова? – пытался крикнуть я, но из горла вышел лишь хриплый шепот.

Вокруг было ненормально тихо, и только теперь до меня наконец дошла мысль, которая моментально вызывала панику, словно кто-то резко надавил на красную кнопку: «Так было всегда!». Мы пришли в этот лес и единственные звуки, окружающие нас, создавали мы сами. Не было ни пения птиц, ни шума листвы, ни завывания ветра высоко над деревьями. Ни-че-го!

Будто призрачная рука сдавила горло. Во рту пересохло. Я попытался сглотнуть, но слюны не было. Захотелось сорваться с места и побежать, убраться подальше. Навсегда забыть это странное место и людей, с которыми был. Продолжить жить, будто ничего не было. Плевать на принципы, плевать на чувство собственного достоинства и плевать на логику, которая не позволяла сделать первый шаг.

«Нужно. Убираться. Отсюда» — медленно протекли мысли в голове, но вместо этого я пошел вперед.

-Вова. – сказал я меланхолично. Сильно захотелось спать. – Нужно идти, пойдем отсюда?

-Нужно. Идти. – неживым голосом повторил он и направился вверх по ступенькам, медленно перебирая ногами.

Я зевнул, прикрываясь ладонью, и пошел за ним. Постепенно наш разрыв увеличивался, но у меня не было желания его догонять. «Все, что нужно сказать, я скажу, а дальше, пусть разбирается, как хочет». – думал я, двигаясь следом.

-Вов, оно тебе разве нужно? Пошли назад, а? Я там сегодня был, на вершине ничего интересного. – я снова зевнул.

Глаза начали закрываться, но я двигался дальше, лениво доводя мысли до логического финала: «Помочь Вове, подняться наверх, вернутся к Алисе. Нет, к черту Алису. Просто подняться наверх, там хорошо, там есть теплая мягкая постель…».

-Тебе помочь пытаются, а ты… — продолжал я по инерции. Уже не хотелось его отговаривать, наоборот, я присоединился к нему. Глаза закрылись, но прежде, чем это произошло, я заметил, что он разорвал на себе футболку. Мне тоже захотелось избавиться от лишней одежды. Она стала тяжелой, сковывала и в ней было невыносимо душно. Показалось, что нечто подобное я уже испытывал, вроде бы сегодня, но, кажется, это было так давно.

Я избавился от рубашки, схватился за футболку, чтобы снять ее через голову, а если не выйдет – порвать, и в этот момент кто-то пробежал мимо, задев плечом.

-Вова… Вовочка, стой! Ты куда? – раздался женский визг.

Он прозвучал, будто удар гонга или звон колокола. Последние пол часа (а может сутки) я провел, как во сне, а теперь крик разбудил меня резко и неприятно, будто на меня вылили ведро ледяной воды.

Мысли исчезли, вместо них я начал замечать окружающий мир. Мы стояли уже на полпути к вершине, чуть дальше середины озера, где мост метра на четыре возвышался над водой. Только теперь я заметил, что к нам приближаются абсолютно голые люди. Их было около пяти человек, лицо каждого казалось знакомым, кажется, именно с ними начинался наш поход, но я не был уверен, потому что не мог вспомнить тех, с кем шел.

Они двигались странно, словно пробирались сквозь густое желе.

-Алина… — крикнул я, когда кто-то схватил ее.

Девушка упала, ударившись головой об угол. В этот момент Вова развернулся, но он не помог ей подняться, не попытался выяснить, все ли в порядке, просто закинул на плечо, как мешок, и двинулся дальше, словно ничего не случилось.

Я хотел побежать, но ноги подгибались. Через несколько ступеней я не мог стоять, тогда упал на четвереньки и пополз вниз. Несколько раз поскользнувшись, я окончательно потерял равновесие, покатился вниз и ударился головой. В ушах появился звон, мир начал вращаться, а к горлу подступило тошнота.

-Нет, нет, нет. – до меня донесся мой хриплый голос. Слова вырывались против воли, когда я пытался сконцентрироваться на приближающихся фигурах.

Не могу вспомнить, что было дальше. Внутри будто переключили рубильник, из положения «Цивилизованный человек» в режим – «Загнанный зверь». Инстинкты подняли тело на ноги, и заставили двигаться. Желудок стремился вырваться на волю, но у него на это не было времени.

В таких ситуациях у человека должна быть цель, иначе он не сможет двигаться дальше. У меня была цель – бежать в лагерь и предупредить остальных.

Мне удалось достичь только первой части: я вернулся на место стоянки, но там было пусто. Совершенно пусто, словно мы не останавливались здесь днем. Более того, место выглядело настолько диким, будто здесь уже много лет не появлялись люди. Никаких следов, даже углей от костра.

«Их забрали!»

-Алиса, ребята. Где вы? – заорал я, упав на колени.

На глаза навернулись слезы. Жить больше не хотелось, стремится было больше не к чему. Я посмотрел на «Колизей», едва различимый при тусклом свете луны и мне захотелось вернутся.

Особенность паники в том, что если у тебя нет цели, то ее место занимает странное стремления к смерти. Это кажется самым простым выходом: всего несколько шагов и думать, бежать, действовать больше не надо, все заканчивается. Но мне повезло случайная мысль спасла мне жизнь: «А это все вообще нормально?». Я вспомнил, что все происходящее с утра было странным и, возможно, все не такое, каким кажется.

Я поднялся на ноги и пошел, постепенно набирая скорость, пока не перешел на бег.

 

Эпилог

Я проснулся в кровати, у себя в кровати, не помня, как попал сюда. Прошло около трех дней, как я вернулся. По крайней мере мне так кажется. Это время я провел в бреду, с трудом понимая, где нахожусь и что происходит. Я не помню кем был раньше, чем занимался и кто был со мной в том лесу. Кроме поездки в памяти не осталось ничего. Все имена я выдумал (а может собрал из обрывков воспоминаний), чтобы хоть как-то придать записям структурированный вид и попытаться вспомнить.

Я сел на край кровати и достал градусник: тридцать девять с половиной по Цельсию. Сложно было определить, что бред измученного организма, а что произошло на самом деле. В голове звучал привычный голос подсознания, который настойчиво требовал, чтобы я вернулся обратно. Аргументы у него были постоянно новыми, но с каждым разом они звучали все более убедительно. Сопротивляться с каждым часом становилось все труднее, мне кажется, что скоро не смогу думать о чем-то другом. Я был совершенно уверен, что все это мне приснилось и глупо было не вернуться. Порезы на теле тоже можно объяснить, ведь сегодня я проснулся от того, что кусал себя за руку.

Я не сумасшедший, мне просто приснился странный сон. Мне уже удается твердо стоять на ногах и передвигаться без помощи стен, поэтому сейчас я снова лягу спать, а завтра поеду в то место. Не понятно, где оно находится, но уверен, что найти его не составит труда. Сегодня 06.07.2014, завтра вы увидите последнюю запись в моем журнале, где я докажу, что все произошедшее было просто дурным сном, катализатором которого стала простуд, а если нет, то запомните: «Если в лесу слишком тихо – беги».

мистиканаш мирнаше время

Алексей Орлов • 26.10.2015


Предыдущая запись

Следующая запись

Comments

  1. Аноним 31.10.2015 - 00:21 Ответить

    да у тебя талант)мне очень понравилось хорошо написано и мысль данного произведения классная)продолжай в том же духе)

  2. Аноним 31.10.2015 - 00:22 Ответить

    Козак)

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Оставь свой след в истории. Твое мнение ценно!