Добро пожаловать

Это библиотека моих рассказов. Читайте, отдыхайте, оставляйте комментарии

Змеиное логово

Парень вжал голову в плечи, стараясь спрятать горло за поднятым воротником «мастерки». Днем светило солнце и было по-весеннему жарко, но теперь небо заволокли тучи, температура опустилась до нуля, а с порывами ветра срывался мокрый снег. Весенняя куртка оказалось не готова к такому марту. 

В моменты затишья стук зубов Виктора разносился по пустой ялтинской набережной. Переполненная огнями и людьми летом, сейчас она казалась собственным злым близнецом. Усиливающиеся волны с грохотом разбивались о берег, сырой холод пытался добраться до самого сердца, превратить в его в комок липких вязких водорослей. 

Звезды исчезли, фонари потускнели, и только свет маяка заставлял поверить, что завтра наступит: тучи рассеются, выйдет солнце, вернется тепло и радость. Все остальное будто кричало: смирись и прими свою участь. 

Виктор, который возвращался от друзей, заметил, что от двух выпитых бутылок пива не осталось и следа. Половину песни, играющей в наушниках, он попросту не услышал, задумавшись, он включил новый трек. Прослушав композицию пару секунд, он выбирал следующую, затем еще раз и еще. Музыка больше не расслабляла, не выходило сконцентрироваться. 

Парень бросил наушники в карман, не сворачивая, и остановился.  

Иногда, в толпе, появляется сверлящее ощущение в затылке, чувство, будто кто-то упорно на тебя смотрит, но ты не знаешь, кто он и где находится. Мы убеждаем себя: всего лишь паранойя, глупое волнение родом из детства.  

Витя достал вейп и присел на ближайшую скамейку, вскочив через мгновение. Вытер рукой намокшие штаны, нажал кнопку и глубоко вдохнул никотиновый пар. Он начал осматривать пустые улицы, голые деревья, свет в отдаленных окнах и накатывающие волны. 

  То, что задумывалось как попытки наслаждаться окружающим миром, превратилось в судорожное разглядывание всего подряд. Каждая тень казалась опасной, каждый порыв ветра словно заглушал шаги, которые затихали вместе с ним. 

Парень ударил себя по лбу и рассмеялся. Достал из сумки бутылку пива и выпил ее залпом. 

-Не «Охота крепкое», но тоже сойдет, – с улыбкой сказал Витя. 

Он посмотрел на мусорный контейнер, стоящий в пяти метрах, и замахнулся бутылкой в сторону моря. Разжал руку, в этот момент маяк словно посветил прямо в глаза, в ушах зазвенело.  

Тошнота подступала к горлу, а глаза отказывались открываться. Витя лежал на чем-то твердом и холодном, рядом множество людей шептались, раздавались сдержанные всхлипы.  

Парень перевернулся на другой бок и попытался снова уснуть, но вскрикнул от боли. У него на голове была большая рана.  

-Заткнись! Ни звука! Заткнись!  – крупный мужчина подбежал, поднял парня на ноги и закрыл ему рот руками 

Всплеск адреналина помог глазам открыться и вернул ощущение реальности. Витя застонал, но изо рта вырвалось только мычание. Чужая ладонь крепко прижалась к губам, разнося кислый металлический привкус. Желудок сдавило спазмом.  

Витя попытался сдержаться, но не смог.  

Рвотные массы не смогли пробиться через чью-то руку. Парень начал брыкаться, хаотично размахивая руками, глаза сузились, а на шее выступили вены. “Неужели я вот так и умру, захлебнувшись? – подумал парень и иронически улыбнулся, – не зря мама говорила, что если буду слушать панков, то закончу, как они”.  

Ладонь исчезла.  

Парень согнулся пополам, давая полную волю инстинктам. Все съеденное и выпитое шумно возвращалась наружу.  

-Отходим! Туда! – раздался громкий шепот здоровяка.  

Он замахал руками. Толпа рассыпалась, почти не воспроизводя шума. Каждый старался спрятаться в самый темный угол, желательно закрытый различными предметами, чем больше они были, тем лучше.   

Между звуками рвоты Витю разрывал громкий кашель, кружилась голова. Он хотел, чтобы это прекратилось. Еще никогда ему не было настолько плохо. Казалось, что сейчас желудок вывалится наружу. Было сложно дышать, и только на мгновение начинало казаться, что стало лучше, как мерзкий кислый запах доносился до носа, вновь вызывая рвотные позывы. 

Парню казалось, что прошла целая вечность, в действительности всего несколько секунд. Здоровяк раздал всем команды и побежал к Виктору. Он сбил его с ног, развернул и крепко сцепил руки на горле. 

По помещению, которое напоминало то ли большой склад, то ли самолетный ангар, разнесся скрежет и громкое шуршание, словно кто-то вел огромным куском пенопласта по ребристому бетону.  

-За что? – захрипел Витя. 

-Прости, малыш, но либо ты, либо…. 

Он не успел договорить. Внезапно из темноты появилось змееподобное существо с рудиментарными крыльями. В один рывок оно проглотило мужчину и снова скрылось в темноте с жутким шуршанием. Рядом с Витей упала рука, откушенная по локоть.  

Она вздулась множеством пузырей, набухла и начала медленно таять, превращаясь в густую зеленую лужу.  

Витю трясло, он ловил ртом воздух, но инстинкты заставили его отползти под темное прикрытие полуразвалившегося лестничного пролета. Он увидел тень и двинулся навстречу. 

Женщина, которую увидел Виктор, была Натальей Олеговной, тридцатидвухлетним бухгалтером небольшой фирмы. Дома ее ждали трое детей, и она подозревала, что беременна четвертым. Все считали ее добрым упло и отзывчивым человеком, но угощать коллег печеньем или исправить пару цифр в табеле – это не то же, что рисковать жизнью ради других. Причем не только своей жизнью, ведь правда? Какое же воспитание даст этот идиот Миша – ее муж, если он и яичницу себе не может поджарить?  

Пару часов назад она была на месте этого подростка. Тоже ничего не понимала, тоже боялась, но ей быстро все объяснили, и она смогла дожить до этого момента. Она подумала, что если будет использовать свое обаяние (а сейчас она была готова пойти на все), то сможет спастись.  

“Где написано, что если тебе помогли, то ты должен помочь в ответ? “ 

Чем ближе Витя подползал к ней, тем глубже она отступала, пока не уперлась в стену.  

“Что ему нужно? Он хочет погубить нас обоих? Ну уж нет!”  

Наталья Олеговна схватила первое, что попалось ей под руку и бросила в парня. Меткостью она никогда не отличалась, потому небольшой деревянный ящик с грохотом упал метрах в пяти от него.  

Снова раздался скрежет, идущий из-под потолка. 

-Что ты делаешь? – вскрикнул Петр Андреевич – пятидесятилетний школьный учитель. Седой, лысеющий, в круглый очках. Он был первым человеком, который посоветовал всем объединиться, держаться вместе, попытаться разобраться в ситуации и, возможно, убить эту тварь.  

Он помог понять, что видит оно (чем бы оно ни было) плохо, зато хорошо ориентируется на шум. Возможно, это сохранило несколько жизней, но не его.  

Из темноты возник змей, но он не спешил, как раньше. Медленно подполз к Петру Андреевичу со спины. Тот боялся пошевелиться, надеясь, что существо его не видит.  

Змей его слышал. Он медленно провел языком по рубашке учителя и слабо укусил в плечо, оставив большую дырку. Рубашка растворилась, а кожу обожгло, словно кислотой. Петр Андреевич закричал, сделал несколько шагов вперед, хотя понимал, что это не поможет, и повернулся, чтобы посмотреть на своего противника. 

Его крик внезапно оборвался, змей словно потерял к жертве интерес, развернулся и уполз, а учитель так и остался стоять в неудобной позе, опираясь на одну ногу, повернув голову.  

    Витя упал на землю, закрыв голову одной рукой, а во вторую вцепился зубами. Существо растворилось так же внезапно, как и появилось. В темноте ангара раздался грохот, шум постепенно удалялся, пока не стало совсем тихо.  

    Несколько секунд стояло оглушающее безмолвие, в котором звучали едва различимые всхлипывания Натальи Олеговны. Ее взгляд внезапно изменился, она тяжело задышала, ее ноздри расширились до небывалых размеров, а из сжатого кулака сорвались маленькие капли крови. Накладные ногти глубоко вошли в кожу, но она этого не замечала. 

    Женщина выпрямилась и, будто забыв, что происходит, резво подошла к Виктору. Рывком подняла на ноги и впилась в него ненавидящим взглядом. Парень выглядел на ее фоне миниатюрным. Его семьдесят килограмм и худощавое телосложение против внушительной фигуры Натальи, при виде которой весы хотели спрятаться. Она весила не меньше сотни килограмм.  

Порой коллеги обсуждали ее пышные формы, а она лишь отшучивалось, что дело в широкой кости и генетике, да и вообще, женщина должна быть естественной, незачем идти на поводу у патриархата, пытаясь быть похожей на глупые глянцевые шаблоны. Иногда она садилась с миской чипсов, банкой мороженного и двушкой пепси (что может быть прекраснее, чем окунать луково-сливочные чипсы в подтаявшее клубничное мороженное, запивая все это газировкой?) за любимый сериал, а за просмотром тихо ненавидела мать, которая подарила ей склонность к ожирению.  

    Витя обмяк в руках Натальи Олеговны, но она рывком поставила его на ноги. Сейчас она обожала свою комплекцию. То, что всегда было причиной оскорблений, сейчас стало основой власти.  

    -Ты, – ткнула она толстым пальцем в едва стоящего на ногах парня, убил его.  

    -Я… я не… 

    -Его смерть на твоих руках.  

    -Но ведь он… но ведь я… 

    Парень никогда раньше не мямлил. Когда четверо парней угрожали ему ножом, он ни разу не запнулся, а разговаривал смело и уверенно, когда он нашел на пороге собачью голову и записку с угрозой, он не испугался, но сейчас не мог связать двух слов.  

    -Чувствуешь наслаждение? Наверное, ты был очень рад, когда оно приблизилось к нему. Чем ближе оно подползало, тем шире ты улыбался, я видела! Может ты еще и испытал возбуждение, ты, больной извращенец, любитель убийств. 

    Слово “возбуждение” и эта женщина не вязались у него в голове. Когнитивный диссонанс сработал отрезвляюще, он тряхнул головой и рывком избавился от рук бухгалтера.  

    -Послушай, ты, корова, эта змея бросилась на него после того, как ты что-то кинула. Если здесь и есть убийцы, то только ты! Но ему повезло, ты такой же убийца, как и человек – дерьмовый, – он развернулся и пошел к Петру Андреевичу. 

    Женщина застыла на месте, а по ее щекам потекли слезы. Страх и обида были ни при чем, впервые за долгое время она вновь ощутила настоящую власть, а затем снова потеряла. Она подумала о муже и решила, что обязательно должна выбраться отсюда, ведь это ничтожество должен узнать все, что она о нем думает!  

    Школьный учитель находился в той же неудобной позе.  

    -Ты в порядке? – спросил Витя шепотом. 

    Нет ответа.  

Петр Андреевич не пошевелился. 

    -Ты понимаешь, что я тебе говорю? – он толкнул его в грудь и тот упал, совершенно не изменив позы, будто окаменел.  

    Пуговица на груди оторвалась, и шея там, где существо провело языком, словно оплавилась, обнажив мышцы и сухожилии. Вены потемнели, по ним будто текла нефть. Там, где проходил черный поток, кожа втягивалась и плавилась, как от кислоты.   

    Витя, не в силах пошевелиться, наблюдал, как грудь мужчины впадает, а яд подбирается все ближе к сердцу.  

    Взгляд Петра Андреевича бегал по сторонам, в нем можно было прочитать боль. Он понял, что сейчас умрет, из глаза выкатилась слеза и упала на грудь. В последние мгновения жизни он не вспоминал прошлое, он мечтал ускорить время, чтобы все скорее прекратилось. 

Его глаза закатились, тело покинула жизнь, но он так и не пошевелился. 

Немного выждав, люди начали выходить из убежищ, собираясь вокруг трупа. Тело таяло: сначала впал живот, потом растворилось плечо, постепенно Павел Андреевич исчезал, превращаясь в бесформенную лужу. Все собирались вокруг него, но никто не мог долго смотреть.  

Молчание казалось жизненной необходимостью, слова были опасны, но тишина становилась все более гнетущей. В исчезающих останках каждый видел свое отражение. Чувство безысходности стало почти материальным.

-Мы все здесь умрем, – озвучил мысли полностью седой старик со спутавшимися волосами. Его голос звучал спокойно, словно он уже смирился. 

Он сказал то, что было в голове каждого, но в глубине души все надеялись выжить. Надежда – это порой единственное, что помогает жить, но в то же время ничто не способно доставить больших страданий.  

-Заткнись, – вскрикнула блондинка с пухлыми губами и поморщилась, от старика странно пахло. Запах напоминал одновременно что-то тропическое и гнилостное. 

Девушке было тридцать, но череда пластический операций сделали свое дело, и никто бы не дал ей меньше тридцати семи – сорока. Обтягивающее платье было в грязи и порвано на спине, но, несмотря на это, она стояла с видом, будто находится в дорогом клубе, а не в старом ангаре. 

-Да, помолчи, пожалуйста, – запинающимся голосом поддержал ее крупный бородач. Голос совсем не вязался с его внешностью.  

-И вообще, как ты попал в мой сон? – продолжила блондинка. 

-Сон? – недоуменно спросило несколько голосов хором. 

-Ну какие же вы тупые, конечно, сон. Я пошла в клуб с Андрэ – это, кстати, мой новый бойфренд, он из Италии. Приехал сюда открывать свой бизнес, слышали бы вы его акцент… – с этими словами она достала телефон, разблокировала, стуча длинными ногтями по экрану, и показала фото. 

На изображении был кто-то сильно напоминающий Ашота, продавца хурмы у трассы, но уж точно не Андрэ.   

-Дай сюда, – из рук у блондинки телефон выхватил мужчина, вышедший из тени последний.  

Он взял девайс, покрутил его в руках, поднял над головой, а потом, глубоко вздохнув, вернул обратно. 

-Нет сети. 

-Ой, да ты же Костя! Привет Костя! 

-Мы знакомы? 

-Да, то есть нет, ну ты Костя Янтарев, да? Я все про тебя знаю. Целое состояние в двадцать пять лет, в тридцать пять империя недвижимости по всей Ялте. А главное холост. Привет, я Мария, – она протянула руку, – но для тебя просто Маша, Машуля, ну или как ты захочешь, котик.  

Мужчина не ответил на рукопожатие, повисла пауза, за время которой все разглядывали бизнесмена: кто-то неприязненно, а кто-то с интересом.  

Больше всех выделялась пухлая Наталья, которой еще больше перехотелось умирать: “А что, если психологи не врут, и опасность действительно сближает? Эта ряженная курица мне не помеха, а когда я его захомутаю, то можно навсегда забыть про мужа неудачника и трех спиногрызов. Если все сделать правильно, то и беременность сыграет на руку…”. 

На время чувство опасности прошло, внезапно вспыхнувшие разговоры всех расслабили. 

-Значит ты – Янтарев? Слыхал про вашу семейку, – с неприятной улыбкой процедил старик, – а скажи, уж не из-за ваших махинаций портит вид всей Алушты тот заброшенный пансионат Нева? 

-Не понимаю, о чем Вы, – ответил Костя резко, – Вы же не собираетесь это обсуждать сейчас?   

-Зачем ты приехал к нам в Ялту? Хочешь и ее изуродовать?  

-Простите, – вмешался в разговор девятнадцатилетний Антон в футболке с Энштейном, показывающим язык, с надписью E=Action, – у нас, кажется, есть проблемы посерьезнее!  

-Да что ты говоришь, сопляк! Не мешай взрослым разговаривать, без сопливых скользко! – вмешалась Наталья Олеговна. Бухгалтер считала, что начинать захватывать власть нужно с самых слабых. К тому же это был отличный шанс обратить на себя внимания. Ей было все равно, что все вокруг посмотрели на нее с отвращением. Это был первый, самый главный, шаг.  

-Разберетесь? Оно уже убило четверых! Ты хоть знаешь, что это? 

-Я помню только двоих, – неуверенно вмешался Витя.  

-Ты вообще заткнись, тварь убийцевская. Помнишь только тех, кого лично прикончил? – Наталья перевела взгляд на Антона, – че, самый умный тут? Скажи тогда всем, если знаешь! 

-Послушай, овца деревенская, если ты думаешь, что можешь справиться с василиском своим выпендрежем, то выйди вон туда и… 

По огромному ангару раздался громких звук пощечины. Бизнесмен схватил Наталью за руку и притянул к себе. Она обмякла и широко улыбнулась: 

-О, милый… 

Сверху раздалось шуршание и скрежет. Все бросились врассыпную. 

За стеной завывал ветер, норовивший ворваться внутрь сквозь тысячи мелких щелей. Тучи разошлись, и через огромные дыры в крыше луна осветила помещение. Окружающий мир обрел четкость.  

Сырость, запах пыли и легкий ветер поселил в сердцах каждого окончательную безнадежность. Люди попрятались в темные углы, затаившись, но в глубине души каждый из них хотел, чтобы существо нашло его первым.  

На техническом этаже, который простирался глубоко под потолком, появился змей. Он с шумом ударил по стене, и от нее отвалился большой кусок штукатурки. К грохоту падения присоединился треск метала и шуршание. Существо будто специально издавало больше звуков, чтобы показать всем, что оно здесь. Оно будто старалось сделать игру интереснее.  

Костя, Маша и Наталья спрятались за стопкой деревянных ящиков в ближайшем к выходу из ангара углу. Обе девушки схватили его за локти, стараясь прижать ближе к себе. Бизнесмен не сопротивлялся, хотя хватка бухгалтера могла сломать руку. Ничего не имело для него значения, кроме скрипа, который он мог услышать в завывании ветра. 

Витя оказался под остатками лестницы вместе с Антоном. Парням пришлось прижиматься друг к другу, что вызывало у обоих явное отвращение. Один считал другого бесполезным ботаном, который точно закричит и убьет их, а второй считал, что подобное быдло может прикончить его раньше монстра (не зря же он на него так постоянно поглядывает? У него точно в кармане есть нож. У них у всех есть ножи). 

Бородач со стариком спрятались в бетонной яме и накрылись деревяшками, оставив место для обзора. Мужчина дрожал от страха, а старик был абсолютно спокоен: 

-Страшно? 

-Д-д-д-да.  

-Чего еще от вашего племени ожидать!  

 -Какого племени? – визгливо сказал бородач, пытаясь придать себе суровый вид. 

-Хватит косить под дурочка, педик. 

-С чего ты… Вы взяли, что я гей? 

-Хочешь сказать, ты не гомик?  

-Я представитель сексуальных меньшинств, но нельзя судить о людях по тому, как они одеты и вообще… 

-Умолкни, я лишь хочу, чтобы ты прекратил стучать зубами, как испуганная третьекласница на кладбище. Если бы не шум ветра, я бы уже сам тебя убил. Обязательно было выбирать укрытие, рядом со мной?  

Бородач открыл рот, но поймал взгляд старика. В темноте казалось, что его глаза блестят от ненависти.  

Змеиный скрежет и шум ветра дополняли звуки падений различных предметов. Монстр ползал на техническом этаже и сбивал хвостом все, что оказывалось рядом и выглядело шатким: куски штукатурки, металлическую обшивку, прутья… 

Вещи падали по всему ангару, но ничего больше не происходило, пока рядом с бизнесменом с громким лязгом не свалилось ведро. Маша вскрикнула, наступила тишина, даже ветер затих.  

Константин не дышал. Он прислушивался. До его слуха донесся шум волн, разбивающихся о берег. Он почувствовал легкую надежду.  

Рядом тяжело дышала толстая Наталья, бизнесмен старался вырвать у нее руку, в которую она крепко вцепилась.  

Время тянулось, но ничего не происходило. Перед глазами поплыли круги, сражение за собственную часть тела отнимало слишком много сил. Легкие сдавливали спазмы, он не выдержал: рывком вырвался от хватки обоих женщин и глубоко вдохнул. Громче, чем хотелось. Слишком громко… С новой порцией страха он обрел способность двигаться и поднял голову.  

Прямо перед его лицом была уродливая змееподобная морда монстра с торчащими клыками, он хотел закричать, но поймал взгляд существа и замер. Последнее, что он увидел, показалось ему ухмылкой.  

Монстр сделал рывок, перекусив бизнесмена пополам. Нижняя часть тела с хлопком упала на землю, а существо медленно и с невыносимо громким скрежетом подтянуло себя обратно, исчезнув в одном из вентиляционных отверстий. 

Шуршание удалялось. Монстр снова уполз в свою дальнюю нору. 

 Минут десять стояла гнетущая тишина, которую разрывали тихие всхлипывания Маши. Антон не выдержал, выполз из укрытия и направился к девушкам. Он больше не мог находиться рядом с Витей и выносить его кислое от перегара дыхание, которое заполонило все узкое пространство под лестницей.  

Не выдержал и старик. Он начал разгребать коробки, но его взял за плечо бородач: 

-Подождите, Вы куда?  

-Руку убери. 

-Но ведь монстр где-то рядом… Не выходите! 

-Уж лучше он меня сожрет, чем я еще хоть мгновение проведу рядом с тобой, гомик! Его теперь специально нужно найти, чтобы в том месте, где ты меня тронул, облить кофту ядом. Он вроде неплохо выводит пятна.  

 Маша всхлипывала, закрыв рот руками. Наталья Олеговна уставилась на туфлю, растворяющуюся в пузырящей зеленой слизи, которая еще недавно была нижней половиной Константина Янтарева. Вместе с бизнесменом умерли ее последние надежды на хорошую жизнь.  

-Видели? – начал Антон. 

-Издеваться пришел, уродец? – перебила Наталья, ей хотелось на ком-то сорваться, а он был прекрасной целью. Она сделала шаг вперед и продолжила. – Злорадствуешь, да? Заметил, что я ему понравилась, а теперь пришел издеваться? Еще и разговаривать начал, чтобы привлечь ЭТО и оно нас тоже убило? Вы отлично спелись с тем убийцей, – она ткнула пальцем в сторону Вити. 

-Кому это ты понравилась? 

-Костеньке, моему, кому же еще? Или ты думала, что ты ему запала в душу, тощая курица? Ты себя то видела – кожа да кости, такая если и нужна кому-то, то только на бульон. 

-Да я тебе сейчас все глаза… 

-Замолчите, пожалуйста. 

Девушки уставились на него с ненавистью. Какой-то сопляк мешает выяснению отношений. 

-Вы не забыли, что мы не в дешевом кино? Тут монстр, который нас убивает. 

-Точно, а ты пришел его привлечь! 

-Я пришел, чтобы обратить внимание… 

-На чё? – спросил подошедший Витя. 

-Эти двое стояли рядом с жертвой, но он их не тронул. Ему ничего не стоило убить всех троих, но он не стал. Почему?  

-Может он играет? – сказал старик, который до этого молчал. 

-Мне показалось так же. Кто-нибудь помнит, как мы сюда попали?  

Никто не мог вспомнить, Антон продолжил: 

-Какой в этом всем смысл? Если мы просто еда, то зачем оставлять нас в живых? Может тут что-то большее? 

К компании медленно подошел бородач. Старик посмотрел на него и задумчиво сказал: 

-Может это чистка? 

Никто не ответил, он продолжил: 

-Как у фашистов было! Есть какой-нибудь культ василиска, убивающий людей, которые не подходят под их извращенное видение. Чистка нации.  

Объяснение, похожее на бред одного известного канала, выглядело не таким уж и глупым. Антон осмотрел тех, кто стоял рядом: жирная овца, тупая курица, хипстер, быдлан и старик, с которого уже песок сыпется.  

-Но что насчет меня? – спросил Антон, – Под какую категорию подхожу я? Я же самый обычный. 

-Мальчик, ты себя-то видел? – протянула Маша, – Радуйся, что мы тут все собрались, хоть с людьми пообщаешься. 

Парень на секунду обиделся, но решил, что лучше думать о другом: 

-Тогда мы и питание, и развлечение, и средство достижения цели, но вдруг у нас есть шанс? Оно, василиск, как кошка, а мы – мыши, но у моего кота еда иногда убегала, может и мы сможем?  

-Что же ты предлагаешь? – сказал старик, почесывая нос. 

-У меня есть план, нам нужно работать сообща, сначала… 

Старик чихнул. По ангару разнеслось приближающееся шуршание. 
Никто не успел убежать далеко, василиск спустился на пол и медленно приближался к бородачу, который с шумом нырнул в прежнее укрытие. 

-Хватит, мне надоело. – громко заговорила Маша.  

Она быстро подошла к змею и ударила ладонью рядом с рудиментарным крылом. Василиск, как и все вокруг, замер.  

-Мне надоело, я хочу проснуться! Плохой сон! Надоело! Хочу к Андрэшке!  

-Глупая, это все по-настоящему, беги. – зашептал бородач. 

Маша не сдвинулась с места и еще раз ударила змея, в этот раз по крылу. Змей уже повернулся к ней, когда завопил бородач. 

Несмотря на мокрые штаны ему захотелось спасти эту красотку. Впервые в жизни он решил проявить мужество. 

-Эй, тварь! Ешь меня! Я вкусный. Оставь ее в покое. 

Василиск обмотал бородача хвостом (он мгновенно затих), и нежно перенес, поставив вплотную к девушке. Несколько секунд существо разглядывало застывшие человеческие изваяния, сначала парализованные страхом, а затем его взглядом, а потом проглотило обоих разом.  

    Змей шумно заполз в вентиляционное отверстие, к скрипу его чешуи добавился мерзкий скрежет метала. Выжившие невольно зажали уши ладонями. По вентиляционным каналам он переполз в соседнее небольшое помещение ангара, где для него весь пол был устелен свежей травой, а вдоль стен расположены увлажнители воздуха. В змеиной норе было влажно и темно, там не было дыр в потолке и щелей. Через толстые стены тихие звуки не достигали чутких ушей василиска, он мог позволить себе небольшой отдых. 

    Антон подошел к Вите, но тот показал средний палец и махнул рукой. Тогда парень попытался подойти к Наталье, но поймал ее взгляд и передумал. Он подошел к старику, тот смотрел куда-то в пустоту с умиротворенным видом и легкой улыбкой. 

    -У меня есть план. 

    Старик встрепенулся: 

    -А? 

    -У меня есть план. 

    -Может хватит уже? Твой предыдущий план уже угробил двоих.  

    -Но ведь я ничего не сделал… 

    -Страшно представить, что бы произошло, если бы сделал.  

    Антон подбежал к Наталье Олеговне, он был готов получить очередную оплеуху, выслушать море грязи, стерпеть любые оскорбления. Сейчас ему хотелось выбраться из этого пропахшего плесенью грязного ангара, неважно, что придется пережить.  

    Бухгалтер стояла без обуви и смотрела в одну точку, покачиваясь из стороны в сторону. 

    -Послушайте, у меня есть план. 

    -А? 

    -У меня есть план. 

    -Да. 

    -Да! 

    -Ладно. 

    -Я знаю, как нам спастись, по крайней мере попробовать. 

    -Угу. 

    -Я залезу на верхний этаж, а оттуда выберусь через дыру в потолке. Я осмотрел маршрут – это возможно. Я занимался скалолазанием в детстве, у меня выйдет.  

    -Мм. 

    – Потом я приведу помощь, и мы все спасемся… Но нужно, чтобы кто-то отвлек василиска, он часто перемещается по верхнему уровню. 

    -Ага. 

    -Поможете? 

    -Ладно. 

    -Серьезно? 

    -Мм. 

    -Я могу на вас рассчитывать? 

    -Ладно.  

    Парень еще раз посмотрел в глаза Натальи Олеговны. Там не было ненависти или страха, только безумие. 

    Антон подбежал к Вите. Парень сразу схватил его за грудь и оттолкнул: 

    -Отвали. 

    -Но у меня… 

    -Я. Сказал. Отвали! 

        Антон подбежал к воротам. Они были закрыты изнутри, и он начал карабкаться по огромным амбарным замкам: “Тогда сдыхайте, а я не хочу. Один мой поход в Dunge стоит больше, чем все ваши жизни!” 

    Острая ржавчина резала не хуже лезвий, Антон сильно закусил губу, чтобы от очередного пореза не вскрикнуть. Старые металлические ворота и случайные куски отвалившегося кирпича – это было совсем не похоже на то, что парень ожидал увидеть. Четыре месяца занятий на скалодроме к такому не готовили. Возможно, сделали хуже – он постоянно поглядывал себе на пояс и вверх, вздрагивал, когда не замечал веревку, но продолжал карабкаться выше. 

    Старик попытался прикрыть рот руками, но вместо этого вышла трубочка, в которую он громко чихнул. Звук грохотом разнесся по огромному помещению, эхом отражаясь от потолка и стен.  

    Затем повисло короткое мгновение тишины, которую разорвал приступ кашля. Витя вылез из своего укрытия под рухнувшим лестничным пролетом. 

    -Заткнись, ты нас всех спалишь! – он заткнул старику рот, но тот его укусил, продолжив кашлять: 

    -Пусти, я не хочу умереть задохнувшись.  

    Антон уже шел по техническому этажу, когда раздалось шуршание. Старик прекратил кашлять и замер. Вдалеке, через дыру в стене, заползал змей.  

    “Помогите мне! Отвлеките же его! – мысленно умолял парень, он хотел, чтобы старик снова начал кашлять. В конце концов чего стоит его жизнь? Он уже много лет топчет землю, многое повидал, – Господи, пускай василиск заберет его, не меня. Я изменюсь, честно. Брошу игры, стану хорошим человеком, буду дарить другим счастье и совершать хорошие дела”. 

    Молитвы не помогли, василиск медленно двигался в сторону Антона. Лоб парня покрылся потом, на глазах снова выступили слезы. Он крепко сжал руки в кулаки, чтобы не завизжать. На секунду посмотрел на длинную доску и почти решился взять ее в руке, чтобы броситься на существо в отчаянном самоубийственном броске, но остановился. Рядом было пустое ведро, а в паре метров от него, снизу, стояла все так же раскачивающаяся из стороны в сторону Наталья.  

    В дыру пробился лунный свет, заиграв множеством бликов на хромированной, хоть и пыльной, поверхности ведра. Оно будто звало к себе. Оно будто было подсвечено, как квест в играх. 

Парень бесшумно полз к нему. Внутри него шла настоящая борьба, но победитель был определен с самого начала: “Хотели сдохнуть – получите, – Антон со злобной ухмылкой прикоснулся к щеке и посмотрел вниз. – Не нужно было тебе меня бить, сука” 

    Ведро грохотало по полу, подпрыгивая. Василиск метнулся вперед, погребая под собственным телом ведро, а заодно Наталью Олеговну. В то мгновение, когда она поняла, что умирает, она вспомнила мужа: “Обещал забрать детей и бросить меня, если я не похудею? Я не похудела и бросила тебя первая!”.  

    Звон затих, василиск остановился, прислушиваясь. Старик сорвал что-то с шеи, зажал это в руке и завопил, указывая пальцем: 

    -Туда, тупая зверюга. Туда, он же сбежит.  

    В воздухе запахло тропиками и разлагающимися животными. Василиск подполз немного ближе, на мгновение остановился, но в это время старика толкнул Витя: 

    -Хочешь подохнуть? Вперед, но без меня. 

    Старик по инерции прошел несколько шагов, почти остановился, но не удержал равновесие и упал. Что-то зажатое в руке выпало и откатилось в дальний угол. Запах мгновенно стал слабее.  

    Старик перевернулся на спину и попытался отползти: 

    -Нет, не надо. 

    Василис слегка приблизился. 

    – Это же я, Костя, помнишь? Мы же столько лет знакомы, мы друзья. Неужели ты меня не узнаешь? Это ведь я тебя уже столько лет кормлю, что ты будешь делать без меня?  

    На мгновение в глазах василиска отразилась луна, старик увидел в этом знак. Он встал на ноги и боком подошел к змею, стараясь случайно не поймать его взгляд.  

    Антон почувствовал, что это его шанс. Он не стал терять времени и почти бегом направился к дыре в потолке. Она была высоко, но из пары ящиков и бочек он соорудил неустойчивый помост. Конструкция шаталась, несмотря на это парень залез, но до дыры в потолке ему не хватало еще сантиметров двадцати.  

    -Либо так, либо никак, – сказал он шепотом и прыгнул.  

    У него перед глазами пронеслась картина, как рука соскальзывает, и он падает. Ломает себе все кости, но останется в сознании. Лежит, шевеля сломанным телом, пытаясь поднять голову, чтобы увидеть, как медленно приближается мифическая смерть. 

    Он прыгнул. Ухватился за выступ и начал проталкивать свое щуплое тело через узкую щель. Порезанные руки едва слушались, но он продолжал подтягивать себя все выше и выше, пока не оказался на крыше. 

    Перед Антоном открылся прекрасный вид, мечта любого фотографа. Тонкую полоску суши омывали черные волны, блестящие в свете луны, возле самой стены ангара начиналась скала, уходящая вперед и вверх. Она почти полностью закрывала здание от любых случайных взглядов. Вдалеке светились огни, возможно, это была Ялта. 

    Парень подошел ближе к краю и понял, что нигде нет ничего похожего на лестницу. Он окинул взглядом берег и тихо сказал: 

    -Мы в детстве прыгали в песок и с большей высоты! 

    Антон сделал шаг вперед. Прежде, чем он услышал треск, и кровавая пелена заволокла сознание, парень увидел над морем первые лучи восходящего солнца, а затем мир исчез. 

    -Узнал меня наконец? – сказал старик. 

    Он прикоснулся рукой к лицу василиска, и немного провел ладонью, пытаясь погладить холодную шершавую кожу. Василиск прижался к руке 

    -Убей его!  

    Старик указал пальцем на Витю, тот попятился, когда существо двинулось к нему. Новый порыв ветра окончательно сдул запах и змей на мгновение задержался, затем одним рывком проглотил улыбающегося старика, словно отмахнулся от навязчивой мухи, а после вернулся к первоначальной цели.  

    Витя опустил взгляд, попятился. Из земли появился предательски торчащий кусок арматуры, об который парень зацепился. Он упал и не стал подниматься, продолжил ползти, пока не уперся в стену. Руками нащупал кусок арматуры, твердо решив не сдаваться, со всей силы ударил василиска. Удар не нанес существу никакого вреда, зато отдача выбила из рук последнее оружие. 

    Змей открыл пасть, готовясь к броску. Капля кислоты выпала из рта и упала на бедро Вите. Парень закричал, закрыл руками лицо, словно это могло помочь, и почувствовал вибрацию в кармане. Через мгновение все помещение ангара заполнили звуки петушиных криков.  

    Василиск издал вопль, в котором на мгновение растаяли все остальные звуки, а затем упал. Наступила тишина, раз в секунду заполняемая механическими криками петухов. 

    Витя с трудом выполз из-под змеиной туши и посмотрел в мертвые глаза василиска. 

    -Неужели я выжил? – выдохнул он, но боль в животе мгновенно отняла всю радость. 

    Нога соединялась с телом лишь маленьким кусочком пузырящейся плоти, кости больше не было. Под рубашкой, на животе, вены почернели. Он чувствовал, как кислота разъедает его изнутри. Он лег на спину и вспомнил вчерашний вечер: 

    -Витек, так ты ж из села? 

    -Че? 

    -Ну ты ж фермер, типа? 

    -Ты что идиот? Было у моих предков хозяйство, и че? 

    -Так ты и с петухами общался?  

    Все рассмеялись. 

    -Тебе что, лицо разбить?  

    -Братан, прости, попутал. Но просто, по фану, под крики петухов вставать круто? 

    Витя поднялся.  

    -Все-все, понял. Не кипешуй. 

    Прежде, чем боль стала невыносимой, и Витя потерял сознание, он улыбнулся: “Вот откуда у меня этот будильник… Смешно”. 

        Резкий запах ударил в нос.  

    -Я в раю? 

    -Размечтался, – ответил ему самовлюбленный голос 

    Антон услышал шум моря и открыл глаза. Перед ним стояло четверо мужчин в балахонах, а под ними виднелись пиджаки с галстуками. 

    -Лет триста такого уже не происходило. 

    -А? – тупо переспросил Антон. 

    -С 1746 года никто не убивал василиска. Хиленькие людишки пошли, зато доверчивые.  

    -Убили василиска? Кто? 

    Парню не ответили, люди, казалось, разговаривают между собой. 

    -Это наша ошибка. 

    -Да, неловко вышло. Кто бы мог подумать? Специально выбираешь место, истребляешь птиц под предлогом гриппа, а потом у кого-то на будильнике стоит пение петухов. 

    -В следующий раз это не повторится. 

    -Не повторится, но жаль, что придется забирать технику. 

    -Жаль, лично мне нравилось наблюдать, как они паникуют, когда видят, что сигнала нет. А помнишь ту студентку? Пожалуй, лучшее селфи в истории.  

    -Тихо! – сказал чей-то хрипловатый голос.  

    Лицо этого человека нельзя было разглядеть из-за низко опущенного капюшона. Он повернулся в сторону Антона, тот смог разглядеть лишь подбородок, покрытый сетью морщин. 

    -У нас освободилось место надзирателя. 

    -Кого? 

    -Тебе нужно будет запирать двери, укладывать тела, стравливать между собой жертвы и следить, чтобы подобного не повторилось! 

    -Но… – Антон запнулся, – разве василиск не мертв?  

    -Думаешь он у нас один? – хмыкнул кто-то помоложе, но замолчал и выпрямился, когда старик повернул голову.  

    -У меня есть выбор?  

    -Да – умереть. 

    Антон рассмотрел на каждом балахоне вышитую змею, проходящую от левого бедра до правого плеча. “Культ василиска” – вспомнил он слова Старика. Затем он перевел взгляд на свои ноги, они напоминали древние костяны скалы, разрушенные временем. Рядом валялся шприц, из-за него он мог говорить, а не стонал от боли.  

    -Я готов служить вам, если вы поможете мне снова начать ходить – без сомнений сказал парень. Эти слова казались ему наиболее подходящими и единственными правильными. 

 -Не смей диктовать нам условия. – сказал старший культист. 

    -Тебе это пригодится, – кто-то швырнул ему на живот толстый медальон, в форме змеи. Он напоминал маленькую флягу и пах причудливой смесью ананасов, кокосов, киви, коровьего помета и прокисшего творога. – надевай, чем сильнее будет этот запах, тем лучше для тебя. 

Антону что-то вкололи.

-Так я принят? Вы меня вылечите?  – сказал парень, погружаясь в сон, а на его футболке продолжал улыбаться Энштейн.

Алексей Орлов • 18.04.2019


Предыдущая запись

Следующая запись

Добавить комментарий

Оставь свой след в истории. Твое мнение ценно!