Добро пожаловать

Это библиотека моих рассказов. Читайте, отдыхайте, оставляйте комментарии

Нечто в шкафу

Восемь

-Ма-ам.

Детский вопль разнесся по дому. Быстрые шаги, дверь открылась, в проеме появилась женщина. Невысокая, сутулая, с растрепанными волосами. Слабого света из коридора было достаточно, чтобы увидеть ее уставшие глаза и огромные “мешки” под ними.

Женщина тяжело вздохнула:

-Опять ночной кошмар?

-Нет, – дрожащим голосом ответил мальчик и указал пальцем на деревянный шкаф.

-Там кто-то есть. Я слышал, как оно скребется. Оно пытается выбраться. Мам, мне страшно.

Женщина нагнулась к кровати. Мальчик обнял ее за талию и со всей силы прижался к груди. Он пытался сдержаться, но непослушные слезы брызнули из-под сжатых век.

Мальчик тихо всхлипывал, а женщина гладила его по голове.

-Успокойся, Томми. Это просто очередной страшный сон.

Мальчик отстранился, взглянул в глаза матери. Женщина поежилась.

-Мам, он придет за мной, – серьезно сказал мальчик.

-Никто за тобой не придет. Монстров не бывает, – Грета старалась говорить твердо, но настоящей уверенности у нее не было. Женщина сама начала сомневаться.

Она кивнула головой отгоняя навязчивые мысли: “Просто у Томми хорошая фантазия. При первой же возможности отдам его на курсы рисования.

Грета представила сына великим художником и мысленно увидела его будущие картины. Они висели в галерее, ими восхищались толпы. Женщина улыбнулась мыслям. Тревожные мысли полностью покинули ее.

Грета положила Томми на кровать, накрыла одеялом и направилась к выходу. Она не видела, как ее сын сжал край одеяла.

-Мам…- тихим голосом сказал мальчик, – можно я сегодня посплю с вами?

Он знал ответ еще до того, как спросил.

Женщина медленно повернулась. Тревожные мысли снова вернулись. Она попыталась улыбнуться, не вышло: “Все это вздор. Монстров не бывает!”

-Сынок, мы с папой хотим побыть наедине, а ты уже большой. Тебе уже восемь! Будь храбрым.

Женщина вышла, закрыв за собой дверь. В комнату вновь ворвалась тьма.

-Мам… – попытался закричать Томми, но горле встал ком, поэтому вышло лишь слабое хрипение.

Из шкафа раздался хлюпающий звук, который был похож на сдержанный смешок. Мальчика накрыла волна ужаса. Он укутался в одеяло с головой, свернулся калачиком и зарыдал.

Сквозь слезы он повторял:

-Это все не по-настоящему! Это все моя фантазия! Я большой! Я сильный!

Так продолжалось, пока мальчик не обессилел от страха. Тело больше не могло выдерживать напряжение, и Томми погрузился в глубокий сон.

Десять

I

Следующий день был обычным, как и еще множество следующих вечеров. Время шло. Нечто из шкафа больше не проявляло себя. Томми начал забывать. Он стал думать, что это были ночные кошмары, приправленные порцией детского воображения. Теперь мальчик считал это глупостью. Он уже взрослый, ему уже десять! Время детских фантазий прошло.

Был летний день. Стояла невыносимая жара. Томми шел мимо площадок, где резвились дети. Он проходил мимо скамеек, на которых взрослые прятались от солнца, а потом шел мимо поля, где играли в футбол. Мальчик увидел одноклассников, они помахали:

-Томми, идем с нами в футбольца!

-Не могу, – сказал он с грустью, – мне нужно на урок…

“Проклятая художественная школа!” – подумал Томми и смахнул пот со лба.

Потом был урок. Мальчик никак не мог сконцентрировать, а в голову лезли странные мысли. Он не слушал учителя и рисовал что-то свое, не заметив, как прошел урок.

Настроение ниже нуля. Дурацкая мамина идея ему не нравилась: «Пока все друзья гуляют, я должен ходить на скучные занятия. А ведь сейчас лето!»

Он не любил рисовать, а урок сегодня был просто ужасным. Кисть не слушалась, а упражнения не получались. Ничего не получалось, кроме этого…

“Мама удивится…” – подумал Томми, ухмыльнулся и взглянул на рисунок.

С черным фоном хорошо сочеталась багровая земля. На ней стояло мерзкое существо. Два огромных копыта были вместо ног. Они выглядели ужасно непропорциональными по отношению к маленькому телу, зато замечательно сочетались с большим животом, который был изувечен множеством гниющих и кровоточащих ран. Руки существа были похожи на человеческие, если не считать ужасные когти. Но самой отвратительной была голова. Это было свиное рыло с рогами. Из пасти существа капала зеленая слизь и торчали два длинных клыка, один из которых был обломан на конце. А его кровавые глаза, казалось, видели саму душу…

Томми съежился. Ему больше не хотелось смотреть на рисунок, тот оказался под кроватью. Он хотел преподать маме урок, но это было слишком, слишком мерзко вышло.

Мальчик снял рубашку, открыл шкаф, чтобы ее повесить, и начал кричать, срываясь на визг.

Весь шкаф был заляпан кровью. Стены, потолок, вещи – все покрылось бурыми пятнами и потеками. На полу, в луже собственной крови, был кот. Вернее, то, что от него осталось.

Освежеванное тело было разорванно на части, а кожа лежала рядом.

Томми продолжал кричать, но не издавал ни звука, как будто у него убрали всю громкость. Комната погрузилась в мертвую тишину. Мальчику показалось, что так продолжается вечно. Он стоит с открытым ртом и не может пошевелиться.

Секунды, минуты, часы. Долго. Слишком долго.

Медленно появилась черная полоска, которая становилась больше. Она уже затянула верхнюю половину шкафа…а потом поглотила все вокруг. Томми оказался в темноте.

Через какое-то время мир снова появился. Томми не знал, сколько прошло времени, может мгновение, а может вечность. Он даже не понял, что просто моргнул.

По штанине расползлось тепло. В нос ударил запах мочи, и в это время скрипнула дверь.

-Дорогой, неужели тебе так понравился подарок? Эта футболка – наш с папой сюрп…

Грета Уоллес, наконец, обратила внимание на сына. Он медленно, словно во сне, повернулся и уставился на нее пустым взглядом.

-Ма-ма, – сказал он так, будто был не человеком, а механической игрушкой.

Мать подбежала к нему, упала на колени и обняла. Она не заметила, как что-то хлюпнуло.

-Томми… – ее коленки намокли, она учуяла запах и невольно отстранилась.

Женщина посмотрела на сына и боковым зрением увидела шкаф. Она мгновенно повернула голову и завизжала.

-У-у-у-у! – слова не удавались. – У-у-Уолтер!

II

Уолтер Уоллес сидел на кухне. Рядом сидела его любимая жена. Они услышали, как в дом зашел Томми и пошел к себе.

Женщина пожала плечами:

-Зато он увидит наш подарок раньше, чем мы о нем расскажем.

Уолтер улыбнулся и сделал глоток чая. Несколько минут они молчали, и внезапно мужчина продолжил начатый ранее разговор:

-А потом мы все пойдем в парк, – он кивнул в сторону окна, – смотри, какая сегодня прекрасная погода. Томми наденет новую футболку, и мы станем самой красивой семьей. Сначала мы съедим по мороженому, потом купим попкорн и пойдем на чертово колесо…

-Уолис! – перебила Грета. – Я же просила не выражаться!

-Милая, неужели ты веришь во все эти сказки? – мужчина поймал взгляд жены и вскинул руки в примирительном жесте. – Хорошо, пойдем на колесо обозрения и закончим день, катаясь на катамаранах в лучах заката.

Они снова замолчали. В мыслях они наслаждались видом, который открывался перед ними с высоты аттракциона.

Раздался детский крик, который эхом прошелся по дому и затих.

-Похоже Томми понравился подарок. Ты слышал? Столько радости не бывает из-за пустяка! Пойду посмотрю.

Женщина встала и быстрыми шагами направилась наверх – в комнату сына. На ее лице застыла улыбка.

Уолтер остался один. Он взял газету и взглядом пробежался по содержанию: поджог, убийство, убийство, открытие библиотеки, серийное убийство на религиозной почве. Интересно, мир действительно катится в пропасть, или это только версия прессы?

Раздался новый крик. Мужчина бросил газету и вскочил из-за стола. Он ударился коленкой, но не остановился.

Уолтер перебирал в голове варианты, что могло случиться. Газета давала о себе знать и ничего кроме мыслей о убийстве в голове не появлялось. Неужели какой-то псих забрался в комнату сына и убил его? Мужчина вздрогнул, но не сбавил шаг.

На бегу он ударил дверь с ноги и влетел в комнату. Дверь скрипнула и повисла на одной петле. Мужчина поскользнулся и упал на спину. Раздался хруст, но Уолтер встал на четвереньки и подполз к жене.

-Грета! Грета! Где Томми?

Уолтер посмотрел на окно. Целое. Только форточка открыта, но вряд ли взрослый мужчина способен пролезть, максимум собака или ребенок.

Женщина повернула голову, и Уолтер немного расслабился. Он увидел сына. Адреналин пошел на спад, и он моментально почувствовал болезненный укол в боку. Похоже, сломал пару ребер.

Уолтер был полностью сосредоточен на том, что пытался скрыть боль и сделать вид, что все нормально. Поэтому он не замечал, что здесь не все в порядке. Он улыбнулся:

-Томми, тебе понравился наш сюрприз?

Глаза мальчика расширились. Он пару раз глотнул воздух, как рыба, и только после этого попытался говорить:

-Э-э-это сде-ла-ли в-в-вы?

Казалось мальчик понемногу оттаивает. Его голос оставался механическим, но в нем уже слышались эмоции. Страх. Даже больше – ужас.

Томми медленно перевел взгляд на мать, и в его взгляде читался вопрос. Мужчина не перестал улыбаться, но начал подозревать, что здесь не все нормально.

Грета указала на шкаф. Уолтер проследил за ее жестом и дернулся от испуга. По его телу будто прошел электрический разряд. Он резко выпрямился и закусил губу, чтобы не закричать, но сломанное ребро слишком явно напомнило о себе, он согнулся полам от боли.

-Счастливчик! Кто мог такое сделать? – сказал мужчина писклявым голосом, но сразу вспомнил, что он глава семейства.

Он выпрямился, несмотря на боль, и сделал голос как можно тверже. У него вышло плохо, но лучше, чем было. Он больше не походил на испуганную третьеклассницу.

-Грета, вставай и уведи отсюда Томми. Я попытаюсь разобраться, – на секунду он замялся. – Я разберусь. Ну!

Женщина встала и вышла с сыном из комнаты. Как только за ними закрылась дверь на мужчину нахлынула паника. Вдруг это волк, тигр или маньяк, и он не ушел, а все еще прячется в комнате. Мужчина заглянул под кровать и увидел какой-то листик. Он его достал и посмотрел.

Это был рисунок. Самый ужасный рисунок, который ему доводилось видеть. Рука дрогнула, и он чуть не уронил картинку на пол. В этот момент что-то скрипнуло.

Перегруженным нервам нужна разгрузка. Уолтер начал кромсать листик. Он рвал его на множество частей, а потом собирал их и рвал снова. В этот момент он ненавидел рисунок всей душой, будто это он убил их кота. Бумажки уже были похожи на пыль, но мужчина все не успокаивался. Он словно стал одержимым уничтожением этого “Зла”.

-Меньше! Еще меньше! Умри-умри-умри! – повторял Уолтер.

До него что-то дотронулось, и он вздрогнул.

Наваждение развеялось. Возле него стояла жена. Одной рукой она обнимала себя, а вторую положила на его плечо.

-Что это могло быть? Что могло разорвать на части нашего кота? – ее глаза заблестели, она несколько раз моргнула, чтобы не заплакать.

-Я…Я не знаю. Может он подрался с кем-то из соседских собак и начал убегать, прыгнул в окно и решил спрятаться в шкафу, но пес последовал за ним, а, разделавшись с ним, вернулся обратно, как пришел?

На несколько секунд повисла неловкая пауза, а затем Грета кивнула:

– Наверное, ты прав. Что мы будем делать?

Вопрос остался без ответа.

Одиннадцать

I

Томми отрешенно смотрел в окно. На деревьях распустились почки, радостно пели птицы, а из-под немногочисленных кучек снега пробивалась упертая трава. Наступила весна. Ей обычно радуются нормальные люди. Другие люди.

Светило солнце, и все вокруг отбрасывали тени. На них и смотрел мальчик. Ему было не до радости.

Родители пытались убедить его, что это была собака. “Эти животные старые враги. Так бывает” – говорили они, но Томми знал, что произошло на самом деле.

Счастливчика убил не разъяренный пес, а монстр. Существо, которое прячется во тьме и жаждет крови!

Мальчик задрожал. Ему показалось, что в тени смородины появились два красных глаза.

Он зажмурился, а когда снова открыл глаза, там ничего не было.

-Томми, дорогой, идем кушать, – прозвучало над ухом мальчика.

Он вздрогнул и мигом развернулся. Рядом стоял свиноподобный монстр и скалился. У Томми вырвался сдавленный крик.

Наваждение развеялось. Теперь рядом стояла пухлая старушка с добрыми глазами и теплой улыбкой.

-Бабушка… – выдавил из себя мальчик и заплакал.

Женщина прижала его к себе.

-Не переживай, малыш, – она погладила его по голове, – иногда трудности нужно пройти. Они помогают стать сильнее. Бывает так, что беда вчера становится спасением завтра.

Томми мягко отстранился. Он вытер слезы, шмыгнул распухшим носом и поднял глаза на женщину. Его взгляд не был детским. В нем отсутствовало счастье и наивность, только боль и страх. Обычное состояние для этого мальчика. Теперь там появилась еще и капля надежды.

-Бабушка, это правда?

-Да, милый. Хочешь я расскажу тебе одну историю?

Томми не ответил, только с интересом уставился на бабушку. Он не заметил, что лицо старушки изменилось, и не понял, почему она опустила глаза.

-Хорошо, – сказала она наконец, – но сначала нужно покушать! Я приготовила блинчики с медом.

После этих слов старушка встала из-за стола и пошла на кухню. Мальчик поплелся следом.

II

Томми пережевывал четвертый блин. Его лицо сгладилось. Он даже немного улыбался.

Наконец, в нем проснулся обычный нетерпеливый ребенок. Он хлопнул ладонями по столу и заговорил с набитым ртом:

-Бабушка, я поел и готов слушать.

-Сначала прожуй и запей компотом!

-Все!

-Хорошо, но это не та история, которую следует рассказывать детям, но… – старушка запнулась. – Ну да ладно.

Она глубоко вдохнула, громко выдохнула и начала:

-Когда я была молодая… – старушка поймала взгляд мальчика и сделала паузу. – Знаю, сейчас в это сложно поверить, но я тоже была маленькой и училась в школе. Тогда я мечтала поехать с классом на экскурсию в другую страну, но у нас не было денег. Мои родители были бедными, и я была уверена, что никуда не поеду. Ни в тот раз, ни в какой-либо другой.

Старушка грустно улыбнулась, посмотрела в потолок, а затем перевела взгляд на мальчика и продолжила:

-Но мой отец меня удивил! Он скопил денег, чтобы я могла поехать. Я была вне себя от счастья, начала считать дни. У меня для этого даже был маленький календарик, представляешь? Но за два дня до поездки я сломала ногу…

Старушка побледнела и задрожала, но Томми опять не обратил на это внимания. Только в этот раз он был поглощен не собой, а рассказом.

-Два дня я провела в слезах. Я была самым несчастным ребенком в мире, но, как оказалось позже, напрасно.

Старушка снова замолчала. Она стала тяжело дышать, закрыла глаза и начала массировать пальцами веки.

-Бабушка, что случилось?

-Ничего, Томми, слушай дальше. Потом оказалось, что экскурсионный транспорт попал в аварию. Водитель не справился с управлением и автобус упал с горы. Все погибли… Видишь, милый, а если бы я поехала с ними, то тоже умерла. Мое горе превратилось в радость.

После этой фразы она резко встала и ушла.

Мальчик остался один. Он задумался. Что могло быть хорошего в том, что случилось с его котом? Он не знал ответ на этот вопрос, но был уверен – что-то было. “Бабушка не может ошибаться!” – подумал Томми, но он даже не представлял, как сильно был не прав.

Бабушка ему врала.

III

Старушка забежала в комнату, закрыла дверь на ключ и зарыдала. Перед ее глазами проскочили воспоминания.

Она вспомнила, как была счастливой девочкой, которая сдала деньги на экскурсию. Как одноклассницы, шутки ради, сломали ей ногу. Как она рыдала, а после, ослепленная ненавистью, поднялась на чердак, взяла спрятанную книгу и исполнила древний ритуал.

Тогда она не думала, что он сработает. Но он сработал! Люди, которых она называла одноклассниками, умерли.

Старушка еще много лет винила себя в их смертях, а потом перестала верить. “Магии не существует – это чушь для маленьких детей!” – убеждала она себя до тех пор, пока сама не поверила в собственные слова.

Она начал считать, что смерть одноклассников – обычное совпадение. Не больше. Чувство вины исчезло и не возвращалось до сегодняшнего дня.

Двенадцать

Томми сидел за праздничным столом. Он снова вернулся домой. Хотя радости от этого события мальчик не испытал, скорее наоборот. В нем проснулся старый страх, который много месяцев не давал ему спать по ночам. Больше года он боялся каждой тени, каждого шороха, каждого вздоха.

Вскоре это прошло. Сначала Томми перестал бояться теней и понял, что в них не прячутся монстры, а потом перестал бояться темноты и начал нормально спать.

Стоило мальчику вернуться от бабушки домой, снова ожил страх. Он вспомнил про Счастливчика и шкаф. Тут не помогли праздничные украшения, которыми был наполнен домом, и обеденный стол, за которым собралась семья.

Едва мальчик переступил порог, как сразу вцепился в бабушкин сарафан и с пол часа его не отпускал. Понемногу он освоился и мог обходиться без поддержки бабушкиной одежды, но не без нее самой.

Томми не отходил от старушки больше чем на пять шагов.

За столом Томми сидел настолько близко к бабушке, что той пришлось переложить вилку в правую руку, чтобы во время еды не цеплять локтем внука.

Обед продолжался где-то с час. За все это время Томми не проглотил ни кусочка. Ему предлагали десятки блюд из мяса, овощей и фруктов, но каждый раз он отрицательно качал головой. На вопросы: «Почему ты не ешь», он отвечал напряженным молчанием.

Томми было не до еды.

Он пристально наблюдал за лестницей, которая вела на второй этаж, а оттуда в его комнату. Мальчик боялся, что если он отвернется, оттуда появится монстр, который проделает с его родным то же, что он сделал с котом.

Он представлял кровавые расправы и не мог сбежать от этих мыслей.

Его дядя Митчелл мило беседовал с Гретой, но в воображении Томми он лежал на полу, в луже собственной крови, а из его глаз торчали две вилки. Рядом лежала тетя Марта, вернее ее туловище. Голова плавала в чане с морсом. Мальчик почти увидел участь родителей, но его отвлек звук металла, который бьется о стекло.

Томми на секунду отвернулся от лестницы и увидел, что в комнату вошел отец с огромным тортом. Многоярусный шедевр завершала фигурка Марии с Иисусом. В мальчике снова проснулся ребенок, он закинул страшные мысли в глубокий ящик подсознания и посмотрел на мать, которая била чайной ложкой о стенку бокала с вином.

Все родственники уставились на Грету. Они ничего не знали о причине торжества.

Грета выдержала долгую паузу и начала:

-Думаю, многие из вас уже обо всем догадались, когда увидели торт, но для тех, кто еще не понял, я объясню: я беременна. – женщина повернулась к Томми. – Милый, скоро у тебя будет сестричка.

Томми побледнел от ужаса. «Если я живу у бабушки, то где будет жить моя сестра? В моей комнате?!» – когда мальчик довел свою мысль до конца, он еще секунду смотрел на мать, а потом потерял сознание.

Тринадцать

I

Томми разглядывал высокие потолки церкви, украшенные фресками окна и огромные иконы. Он испытывал смешанные чувства. Мальчик был уверен, что здесь он в полной безопасности, но ему было неуютно. Это ощущение напоминало, как после долгой прогулки садишься на твердый высокий стул. Одновременно хочется встать и сидеть.

Он смотрел на родителей с мольбой, но они в ответ только качали головой и говорили, что осталось совсем чуть-чуть. Это чуть-чуть продолжалось уже более чем долго. Два часа назад крестили Риту – сестру Томми, после этого родители могли с чистой совестью возвращаться домой, а Томми к бабушке, но они решили остаться на воскресное служение.

Сначала батюшка долго пел молитвы. Слух у него был паршивый, но голос что надо. Мальчик даже испугался и прижался к родителям, но потом привык и почти перестал его замечать.

Его внимание поглотила сама церковь. Когда он только зашел, то не заметил какая она прекрасная. Он не хотел обращать на это внимание. Он думал, что они быстро окрестят Риту и поедут по домам, но родители считали иначе. Они подарили мальчику время насладиться красотой.

Спустя полтора часа ему надоело и это. Он начал откровенно скучать и, от безвыходности, стал слушать батюшку.

-Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою, зная, что такие же страдания случаются и с братьями вашими в мире. Новый завет, первое послание Петра, глава 5. – глубоким голосом говорил батюшка, а слова эхом разносились по храму. Казалось, он заставляет стены содрогаться.

Томми заинтересовали слова. Он их не понял, но ему показалось, что они как-то связаны с ним. Священник собрался продолжить, но Томми его перебил:

-Это правда, что все демоны, как и львы, хотят нас убить?

Почти весь зал посмотрел на мальчика с откровенным неодобрением: “Кто он такой, чтобы перебивать батюшку?”. Мать начала дергать его за рубашку, чтобы он сел, но Томми не реагировал. Он терпеливо ждал ответ.

Сначала священник изменился в лице и стал неожиданно серьезным, даже грозным. Томми напрягся и подумал, что сейчас ему устроят выговор, а, возможно, даже выгонят из церкви. По сравнению с временами инквизиции – это наказание настолько ничтожное, как горящая спичка посреди ночного леса, но было бы обидно.

Никакое наказание не последовало. Бородатый мужчина только рассмеялся:

-Да, мальчик, все демоны хотят нас съесть, как дикий лев антилопу.

-Значит, мы можем им помочь?

Священник подавился от неожиданности и начал кашлять.

-Что значит помочь? Мальчик, ты сейчас говоришь богомерзкие вещи! – голос мужчины стал сухим и громким. Так обычно разговаривают со старыми врагами, а не с детьми.

-Нет, вы не поняли…

-Я все понял! Сядь и не мешай!

-Но я ведь имел ввиду… – мальчик промямлил и послушно сел, а уже на скамейке продолжил шепотом, – если можно приручить львов, то может можно и демонов. Не бывает полностью плохих людей!

Томми был слишком маленьким, чтобы чувствовать разницу между людьми и демонами. Для него они были обычными нехорошими человечками, как, например, школьные хулиганы.

Служение закончилось. Томми взял за руку мать и прижался к ее груди:

-Мам, а можно я сегодня не поеду к бабушке, а последний раз переночую в своей бывшей комнате, пока она не стала комнатой Риты?

Грета была ошарашена. От усиленных размышлений у нее на лбу появились морщины. Она думала около минуты, в итоге кивнув головой. У нее не нашлось слов.

“Что произошло с Томми? Неужели на него так повлияла церковь, и теперь мой мальчик здоров?” – Грета с трудом сдерживала слезы счастья. Она даже не догадывалась, что задумал ее сын, а если бы и догадалась, то поступила бы так же. Она до сих пор считала выдумкой все то, что происходило с Томми. Игра воображения – не больше.

II

Ночь спустилась на город. Мир желтых цветов превратился во вселенную фиолетового мрака. В некоторых местах на войну с темнотой вышли лампочки уличных фонарей и свет отдельных окон, но понемногу исчезли и они.

Томми лежал на кровати и дрожал от страха. Подушка и одеяло промокли от холодного пота, но мальчик держался. Он смотрел в окно на мрачное небо, которое полностью затянули тучи, сквозь которые не пробивался свет луны, слушал тиканье часов и ждал.

Томми хотелось убежать, но он не мог себе этого позволить. Слишком многое стояло на кону. Жизнь сестры в его руках, если единственный способ ее спасти – это пожертвовать собой, то он готов. Если он умрет, то хотя бы тогда родители поймут, что это место опасно.

Других вариантов нет. Демон придет или за ним, или за Ритой.

Томми лег на кровать. Когда было светло, страх едва прикасался к мальчику и ждал, а когда стемнело, он всерьез взялся за дело. Томми едва помнил момент, когда часы пробили девять и к нему в комнату зашла мать. Грета поцеловала его в щечку и что-то сказала, но он уже не понимал, что она говорит.

Его сердце билось настолько быстро, что, казалось, оно пробьет грудную клетку и попросит женщину забрать его подальше.

Томми подготовился. Едва услышав шаги, начал растирать лицо, чтобы придать бледности относительно живой вид. Затем крепко сжал зубы, вцепившись в простыню, стараясь не выдать волнение. План сработал. Мать ничего не заметила и ушла.

Ожидание превратилось в индивидуальный ад, а тиканье часов в пытку. Томми казалось, если бы ему прямо заявили, что через пятнадцать минут он умрет, то было бы не настолько страшно. Нет ничего хуже, чем ожидание неизвестности. Сомнения начинают пожирать душу так же быстро и болезненно, как стая пираний жертву.

“Что будет дальше? Я умру, и если да, будет сильно больно? Что будет после смерти, интересно, я попаду в рай или ад? Может это все детская выдумка и никакого монстра нет? Тогда почему я так боюсь?” – размышления Томми понемногу начали превращаться из логичных цепочек в горячечный бред. Мысли начали путаться, становиться бессмысленными и отстраненными. Тиканье часов сводило с ума сильнее, чем самый сильный наркотик.

Томми потерял счет времени. Он начал сомневаться, что жив: “Похоже, я уже умер и попал в чертов ад! Ну и пускай, мне ватьлепь, левапать, плевать. Ха-ха, какие смешные слова!” – из временного безумия, которое было навеяно страхом, мальчика вывел бой часов. Они сделали двенадцать ударов, и на последнем мальчик будто проснулся.

Он откинул одеяло, сел на край кровати и стал ждать. Томми приготовился к смерти, но ничего не происходило. Так прошло еще пятнадцать минут. Монстр не появился.

“Почему он не выходит? – подумал мальчик. – Неужели его действительно не существует?”.

Мальчик попытался вспомнить события, которые произошли три года назад. В его голове начали появляться картинки. Сначала он вспомнил, как пришел домой, открыл шкаф и увидел то, что осталось от Счастливчика. Сердце будто замерло, но он продолжил вспоминать. Потом был ужас, прибежала мать, потом отец, а потом, наконец… он вспомнил рисунок.

Свиноподобный монстр с когтистыми лапами, огромными клыками и наполненными кровью глазами будто посмотрела на него с рисунка в его воображении. В шкафу раздался хлопок.

Из шкафа доносился мерзкий скрип, будто водят ножом по стеклу. Томми зажал уши, на глаза навернулись слезы. Он хотел упасть на пол, закрыть глаза и спокойно умереть, но вместо этого продолжал смотреть.

Дверцы шкафа рывком распахнулись, одна бессильно повисла на единственной петле, а вторая отвалилась. Секунду ничего не происходило, а потом из шкафа вышло существо, которое когда-то нарисовал мальчик.

Оно издало высокий звук, похожий на поросячий визг, и начало медленно приближаться. Его багровые глаза внимательно уставились на мальчика, а рыло изогнулось в гримасу, которая отдаленно напоминала самодовольство.

-Наконец-то, – сказало существо, когда остановилось в шаге от мальчика.

Еще секунду оно изучало его, а потом подняло лапу и ударило.

Томми представил, как когти врезаются в его мягкую плоть и разрывают ее на части, но ничего не произошло. Лапа ударилась о невидимую стену. Существо взвизгнуло:

-Ты принадлежишь аду! Я еще вернусь!

Монстр зашел обратно в шкаф и с громким хлопком закрыл дверцы. Они тут же снова отвалились, но существа больше не было.

Томми, дрожа от страха, упал на пол. Он слышал крики и приближающийся топот, но это казалось далеким и нереальным. Его сознание понемногу меркло, и, когда Уолтер с Гретой забежали в комнату, мальчик был уже далеко отсюда.

Четырнадцать

I

Томми пролежал в коме восемь месяцев. За это время многое изменилось: прошла весна, а вместе с ней и лето, Рита подросла и научилась ползать, родители Томми стали абсолютными атеистами, а бабушка, наоборот, глубоко верующей. Но кое-что осталось без изменений. Семья мальчика все так же жила в старом доме, а комната Томми стала комнатой его сестры.

Беда, которая произошла с Томми, не смогла убедить родителей. Наоборот. Теперь они были уверены, что это детские выдумки, монстров не бывает, зато проблемы с психикой – запросто. Если бы мальчик не провалился в кому, то был бы отправлен в психиатрическую лечебницу.

Каждые выходные родители приходили в больницу, сидели у его кровати, Грета плакала, а потом они уходили полные уверенности, что, когда Томми проснется, он отправится на лечение в психиатрию.

-Уолтер, это никогда больше не должно повториться! – кричала Грета.

-Да, дорогая, поэтому мы направим его к лучшим врачам. Наш сын будет здоровым! – поддерживал ее муж.

Так происходило каждые выходные на протяжении восьми месяцев, пока однажды мальчик не открыл глаза. В тот день родители снова его навестили.

Уолтер отправился менять воду в вазе, чтобы поставить новые цветы. Это был привычный для родителей Томми ритуал. Они проделывали его по очереди каждый раз, когда навещали сына. Они считали, что жизнь порождает жизнь, и свежие цветы смогут помочь сыну вылечиться.

В это время Грета стояла у окна и плакала. Ее слезы текли скорее по привычке, чем от настоящей боли. Люди адаптируются ко всему, и родители Томми не исключение. Они уже давно смирились, что их сын спит глубоким сном и, скорее всего, так будет всегда. Грета смотрела, как на улице люди спешат по своим делам, и думала, что они с Томми никогда не смогут смешаться с толпой.

-Мама? Где я? – раздался хриплый голос за спиной у женщины.

Она дернулась и врезалась в стену. Грета медленно, как будто ее окружало густое желе, повернула голову и уставилась на сына. Мальчик удивленно посмотрел сначала на мать, а потом стал разглядывать трубки и катетеры, которые торчали из его тела.

-Мама, что происходит? – снова спросил Томми.

Он ничего не понимал. Для него прошло не больше минуты. Он был уверен, что несколько секунд назад была ночь, и он встретился с демоном из шкафа, а теперь день, и он лежит в незнакомом месте. Он не понимал, почему все его тело пронизывает такая невыносимая слабость, как будто по венам вместо крови течет свинец, почему так тяжело говорить, а во рту сухо

-Мам?

Женщина не ответила, только сделала несколько медленных шагов, упала на колени возле кровати сына, обняла его и заплакала.

Скрипнула дверь, и в проходе появился Уолтер с вазой в руках. Он посмотрел на плачущую жену и подготовился к худшему. Мужчине не успел сделать даже шаг. Томми услышал скрип двери, немного высвободился из маминых объятий и посмотрел на источник шума. Глаза отца и сына встретились. Мальчик улыбнулся:

-Папа!

Уолтер пошатнулся. Затем он сделал быстрый шаг назад, вылил себе на голову воду из вазы и закрыл дверь. Несколько секунд дверь оставалась закрытой, а затем снова распахнулась и в ней появился счастливый мужчина.

-Сынок, значит мне не померещилось! Ты снова с нами!

-Что? – спросил удивленный Томми.

II

Семья собралась на кухне в доме бабушки. Отец читал утреннюю газету, бабушка с матерью хлопотали у плиты, сестра сидела в коляске и играла с погремушкой, а Томми уставился в окно. Он всматривался в тени и искал там ответы: “Что это за существо из шкафа? Что произошло за те восемь месяцев, пока его не было. Не беспокоил ли демон его сестру?”.

Внезапно он оторвался от окна и посмотрел на отца:

-Пап, а существо из шкафа больше не появлялось?

Уолтер отвел взгляд, в его голову ворвался хоровод мыслей: “Мой сын болен. Ему нужно лечение. Нельзя все так оставлять, вторую кому он может не пережить”. Он перевел взгляд на жену и понял, что она уже давно на него смотрит. Грета коротко кивнула, будто прочитала мысли мужа, и вернулась к готовке.

Томми нужно лечение, и он его получит. Он повернулся к сыну и улыбнулся широкой неискренней улыбкой:

-Сынок, существо из шкафа сбежало! Ты его победил. Ты герой, и в честь тебя мы устроили пир! – Уолтер повернулся к Грете. – Женщина, неси лакомства, доблестному рыцарю нужно подкрепиться, чтобы отправиться на новые подвиги. Ты хоть представляешь сколько принцесс ждут спасения, а сколько драконов смерти?

Мужчина старался скрыть за словами стыд за то, что ему предстоит совершить.

-Ну пап, прекрати, я уже не маленький.

Мальчик засиял от счастья и широко улыбался. Мать увидела, как изменилось его настроение, и подхватила игру. Она подняла поднос, театрально обошла кухню по кругу, поставила еду на стол и поклонилась:

-Приветствую вас, о доблестные мужи, прошу, отведайте моей стряпни, пусть наш скромный трактир покажется вам домом. Приношу извинения, у нас не нашлось целого кабана, но вместо него… Томми, милый, что случилось? – перепуганная Грета быстро вышла из роли и подбежала к сыну.

Едва мальчик услышал слово кабан, как в его голове возник образ демона. Он почти по-настоящему услышал хлопок, с которым в прошлый раз появилось существо, и скрип его когтей о стенку шкафа. Томми побледнел и едва не перестал дышать, но через мгновение он услышал мамин крик, и все пришло в норму. В нос мальчика ударил приятный запах котлет, а на спине сомкнулись мамины руки.

-Все будет хорошо, Томми, – сказала женщина и посмотрела на Уолтера.

Мужчина понял, кивнул головой и обратился к сыну.

-Томми, помнишь ты давно хотел съездить к тете Марте? Через неделю мы к ней отправимся, можешь начинать собирать вещи!

Уолтер пытался изобразить энтузиазм, у него плохо получалось, но, несмотря на это, мальчик поверил.

III

Томми проснулся в середине ночи от странного бормотания. Он открыл глаза и увидел, что на улице было темно, но полная луна не давала городу погрузиться в абсолютную тьму. Ее света было недостаточно, чтобы по-настоящему освещать город, зато его хватало, чтобы сделать улицу мрачной, как кладбище.

Были видны только очертания предметов, и в каждом мальчик видел монстров. Драконы, тролли, вампиры и демоны плотным строем обступили дом. Он с головой накрылся одеялом и снова попытался уснуть. Не вышло. Странное бормотание, которое исходило из коридора, не давало расслабиться.

Томми долго терпел, но в итоге не выдержал. Он откинул одеяло, поднялся с кровати и быстро зашагал к двери, чтобы не передумать.

По дороге он перебирал варианты, что за шум был за дверью. Ничего хорошего не лезло в голову, только мысли о боли, страдании и страхе. Неразборчивое бормотание – плохой знак.

Мальчик взялся за ручку двери, и у него в груди похолодело. В комнате внезапно стало светло, как днем, а на стене возникла огромная тень. Томми показалось, что тень отдаленно напоминает ребенка, который хочет поиграть с ящерицей, и для игры кладет ее на колею перед поездом.

Томми крепко сцепил руки в замок, сел на пол и начал глубоко дышать. Через пару минут он полностью успокоился и понял, что рядом проехала машина, а тень на стене – это его тень.

Замок щелкнул, дверь со скрипом отворилась, и Томми вышел в коридор. В лицо ударил прохладный сквозняк, который принес ночную свежесть. Мальчик вдохнул полной грудью.

Томми снова услышал прежний шум, который напоминал слова. Он доносился из глубины коридора.

Мальчик поборол нерешительность и зашагал к источнику звука. Томми понял, что шум исходит из бабушкиной комнаты. Он подошел к старой деревянной двери и заглянул в замочную скважину.

Бабушкина комната погружена в полумрак. Шторы плотно задернуты, а единственным источником света были четыре свечи, посреди которых на коленях стояла старушка. Вся комната увешана крестами. Среди них железные, деревянные, каменные и даже крест с часами. Они были всюду. В таких количествах вместо успокоения они приносили тревогу.

Мальчик вспомнил, как хорошо ему было в церкви и понял, что бабушкина комната вызывает у него обратные чувства.

Старушка резко повернулась в сторону Томми. Мальчик дернулся, упал на спину и только потом понял, что глаза бабушки были закрыты и она не могла его заметить. Но он не спешил вернуться к двери. Наоборот. Он пятился до тех пор, пока не уперся в стенку.

-Боже, спаси эту семью неверную. Я принесла грех в их жизни, взрастив семя зла. Они отреклись от тебя, им нужно спасение. Яви им силу свою и спаси их, ибо ты всесилен. Помоги им Боже. Аминь.

Молитва закончилось, свечи потухли. Бабушка отправилась спать.

Томми отправился обратно, к себе в комнату, но заметил свет с первого этажа, похоже, с кухни. Он вспомнил, что у него пересохло в горле, и отправился вниз.

Первая же ступенька громко скрипнула. Полная тишина усилила звук в сотню раз. Томми не боялся, но следующий шаг сделал аккуратнее, и половица скрипнула тишине. Так постепенно мальчик начал красться. К кухне он подходил аккуратно и бесшумно, будто был грабителем.

Дверь кухни была закрыта, а из-за нее доносились голоса его родителей. Мальчик собирался войти, но услышал часть разговора.

-Мой сын не сумасшедший! Ему нужна родительская любовь и капля ласки, – всхлипывая сказала Грета.

-Но, милая…

-Если даже это не поможет, то мы будем водить его к психиатру по выходным.

-Но, Грета…

-Еще ему пойдут на пользу прогулки на свежем воздухе, игры с сестрой…

-Хватит, – Уолтер ударил кулаком по стеклу и перешел на тихий крик. – Я глава семьи и я решаю. Я тоже люблю нашего сына, но он опасен. Он может нанести вред не только другим, но и себе. Он видит то, чего не существует. Так было всегда, но мы слишком долго закрывали на это глаза. Так больше не может продолжаться! Наш сын болен, он отправиться на лечение, и не через неделю, а уже утром. Ты поняла?

-Да. – сказала женщина и расплакалась.

Томми стоял у двери, в лучах тусклого света, и глотал ртом воздух. Он не мог поверить в то, что услышал. Родители собираются отправить его в дурдом.

IV

Томми бесшумно забежал в комнату, запер за собой дверь и сел на кровать. В этот момент он не был похож на ребенка. Он выглядел, как несчастный взрослый, которому только что вынесли смертный приговор и сообщили, что жить ему осталось до рассвета.

Правда была рядом, только приговор вынесут не ему, а сестре. Мальчику было плевать, что его могут посадить в приют безумных. Он считал, что, возможно, ему там самое место. Его волновало другое. Он боялся за жизнь Риты.

Если родители не видят опасность, то кто защитит сестру от демона, если не он?

Томми допускал, что это просто его воображение. Возможно, он действительно сумасшедший. Но что если это не так? Если в доме действительно живет монстр, который жаждет крови, и только он один знает о его существовании?

Томми достал из-под кровати рюкзак и начал быстро его упаковывать. Руки тряслись, сердце колотилось сильнее, чем отбойный молоток, но мальчик все решил окончательно.

Если есть хоть маленький шанс, что демон настоящий, он готов встретиться с ним лицом к лицу. Он даже готов пожертвовать жизнью, ради сестры, если будет нужно.

“Она не будет идти по моим следам! Ей не придется испытывать ужас каждый раз, когда заходит солнце. Если у меня не выйдет договориться с демоном, то мой труп будет главной причиной, чтобы переехать. После этого Рита точно будет в безопасности!” – Томми уткнулся носом в свитер, который собирался положить в рюкзак, и зарыдал.

Мальчик тихо всхлипывал в колючую ткань, а потом рывком застегнул рюкзак, резко выпрямился и направился обратно в коридор.

Дверь с тихим щелчком отварилась. Томми на четвереньках последовал к лестнице. На кухне больше не горел свет, и он обрадовался. Во-первых, это значило, что родители пошли спать, а, во-вторых, кухня входила в его планы.

Томми вылез, через открытое, а в его рюкзаке лежал большой кусок замороженного мяса.

Он спокойно прошел через сад и вышел на улицу. Калитка с тихим хлопком закрылась за спиной, мальчик сделал несколько шагов и начал сомневаться.

Вокруг была пустынная улица. Скрипели ветки, будто кто-то невидимый трет их друг об друга, шелестели листья, словно пытались о чем-то предупредить, а фонарей горело не больше трети. Темнота проникала в сердце мальчика, а холод служил катализатором.

Томми остановился и посмотрел на бабушкин дом.

“Может стоит вернуться? – промелькнула у него в голове мысль, но ей на смену тут же появилась другая. – И дать монстру издеваться над Ритой? Никогда!”

Мальчик достал из рюкзака свитер, быстро надел и побежал, стараясь не смотреть по сторонам.

V

Мрачная улица оказалась позади. Все ужасы, которые рисовал в голове Томми, так и не произошли. На него не напали грабители, его не избили хулиганы, даже наркоторговцы не забрали в рабство. Приключение “ночная улица” завершилось успешно.

Исхудавший мальчик без проблем пролез в форточку и оказался в своей старой комнате. Там все изменилось. Огромные фотообои с изображением леса превратились в розовые пластинки с орнаментом из цветов, на месте дивана стояла детская кроватка с высокими прутьями, а вместо двери была занавеска. Комната преобразилась до неузнаваемости.

В начале Томми подумал, что влез не в то окно. Но первое впечатление мгновенно растворилось, когда он увидел старый шкаф. Он оставался единственной неизменной деталью.

Если в комнате Томми он смотрелся симпатично и заметно украшал интерьер, придавал ему легкий оттенок загадочности, то здесь он явно был лишним и выглядел, как уродливая развалина. Почему его оставили?

Мальчик уселся на пол, прислонился к стене, и уставился на дверь шкафа, которую украшал резьба. Он водил взглядом по линиям и размышлял: “Невозможно! Этот дряхлый старик давно должен быть на свалке, после всего, что со мной произошло. Родители не могли его оставить. Просто не могли. Он портит вид, он портит нервы, он портит мою жизнь!”

Томми подбежал к шкафу и начал колотить его руками.

-Ты во всем виноват. Грязная, вонючая, уродливая, дибильная, старая тумбочка! Ты виноват, что я не могу спать ночами, а когда я все же засыпаю, то мне сняться кошмары. Ты сволочь! Ты прячешь в себе эту тварь, – мальчик осекся. Он вспомнил зачем пришел и гнев, который заполнял все тело, превратился в страх.

Томми попятился. Он сделал несколько неуверенных шагов, оступился и упал на спину. В его голове снова возникло существо с рисунка… В этот момент в шкафу раздался тихий хлопок, а по комнате разнесся едва различимый запах серы.

Мальчик почувствовал, как стало жарко, но его трясло от холода.

Время тянулось неумолимо медленно. Комната погрузилась в абсолютную тишину. Вскоре слух обострился и до ушей мальчика дотянулся звук настенных часов, которые весели в коридоре. Секундная стрелка лениво отсчитывала время. Она двигалась настолько медленно, словно в одной секунде было шестьдесят минут, а не наоборот.

Томми ждал, что сейчас раздадутся шаги демона, который медленно подойдет и быстро оборвет его жизнь, но ничего не происходило. Совсем ничего.

Мальчик оторвал руки от лица. Комната оставалось такой же пустой, как и была. Шкаф был закрыт, а демона не было.

-Но я же слышал хлопок…и запах серы, – шепотом сказал Томми.

“Может оно под кроватью?” – подумал Томми и уставился на покрывало, которое доставало до самого пола.

Больше минуты мальчик смотрел на розовую ткань, которая могла скрывать за собой монстра, но так и не решился ее отдернуть. Понемногу он отползал от кровати, незаметно для самого себя. Наконец он почувствовал спиной что-то твердое и к нему вернулась способность соображать. Он обернулся и увидел шкаф.

Мальчик вскрикнул, вскочил и побежал, не отрывая взгляда от жилища монстра. Его комната (теперь уже комната его сестры) была маленькой, поэтому он бежал не долго. Томми ударился коленкой об детскую кроватку, поскользнулся и упал. Его нижняя часть закатилась под покрывало и скрылась из виду. Мальчик почувствовал, как его схватили. Он закричал и начал дергать ногами.

Несколько раз он с силой попадал во что-то твердое и, похоже, сломал палец. Пару раз его ударил кто-то другой. Удары были не сильными, но хлесткими и болезненными.

У мальчика закончились силы. Он прекратил сопротивляться и в очередной раз приготовился к смерти. Он уже представлял, как демон затащит его под кровать и там с ним разделается.

Но когда Томми остановился и перестал дергаться, то все закончилось. Его больше никто не бил. Наступила абсолютная и непроницаемая тишина. Даже часы замолчали. Только кровь стучала в ушах.

Мальчик отдернул розовое покрывало, и уже приготовился считать себя полным идиотом, но, когда оно поднялось и открыло пространство под кроватью, Томми закричал. Там появилась голова монстра.

-НЕТ! Не убивай меня, пожалуйста. Я уйду. Честно. Забирай мою сестру. Я больше не могу. Заткнись! – закричал он на самого себя. – Нет! Лучше убей меня. Нет. Убей меня, убей мою сестру, убей всех. Давай! Убей! – мальчик истерически засмеялся.

Существо не пошевелилось, только молча уставилось на Томми пустым взглядом.

Мальчик развернулся и пополз к нему. Медленно. Вгрызаясь ногтями в паркет. Все ближе и ближе.

-Убей-убей-убей, – повторял он.

Наконец он оказался прямо напротив него. Он его не видел, только размытые очертания: было темно, а глаза заполняли слезы. Томми почувствовал зловонное дыхание и резкий запах серы. Именно так и должны пахнуть демоны. Он всегда так считал.

Томми вытер рукавом слезы.

-Почему ты ничего не делаешь? – тупо спросил он и открыл глаза.

Демон не ответил, Томми присмотрелся, а затем перевернулся на спину и засмеялся. Искренни, радостно и невинно, только дети так умеют.

Перед Томми лежал красный мячик-клубника, который родители купили его маленькой сестренке, и у него действительно были глаза. Они были добрые, но пустые и безжизненные, именно поэтому мальчик принял их за глаза существа. Томми снова вспомнил демона, его кровавые глаза, свиное рыло и длинные когти.

Шкаф едва заметно покачнулся.

Мальчик насторожился и снова перестал быть похожим на ребенка, которым был секунду назад. В его глазах появилась такая боль, будто он видел рождения и смерть всего живого. Его ужас, настороженность и смирение были почти материальными. Казалось, если постараться, то можно ощутить холод его чувств, вдохнуть их едкий запах.

Томми откинул все сомнения, вытер свитером лицо и подошел к шкафу. Он взялся за теплую ручку дверцы, секунду посомневался и дернул на себя. В шкафу было пусто. Никаких потусторонних существ, демонов и прочих тварей, которые жаждут человеческой крови.

Мальчик обрадовался, что ему сейчас не придется умирать, но разочаровался, что там пусто.

Он уселся напротив шкафа, облокотился головой об холодную стену и стал думать. Он размышлял о том, в какие именно моменты появлялся демон и понял, что тот возникал всегда, когда ему было страшно. Эта теория тут же разрушилась. Сегодня ему было страшнее, чем когда-либо, но монстр не появился. Почему?

Мальчик увидел лужу на полу и проследил откуда она идет. Он вспомнил, что взял с собой кусок мяса, чтобы приманить существо. В его голове снова возник образ твари, шкаф дернулся.

Томми подошел к рюкзаку, достал кусок мяса, положил его в шкаф и снова подумал о монстре.

Сработало, шкаф в очередной раз покачнулся. Мальчик подбежал к нему и рывком открыл дверцы. Внутри было пусто, а мясо осталось не тронутым.

-Ты появляешься тогда, когда я о тебе думаю, да? Хорошо, тогда я буду думать только о тебе! – с этими словами Томми выбежал из комнаты.

VI

Шкаф размеренно трясся из стороны в сторону, а мальчик сидел с альбомом на коленях и рисовал с маленьким фонариком. Тусклого желтого света с трудом хватало, чтобы освещать весь лист. С его помощью нельзя было нарисовать шедевр или просто красивый рисунок, но это и не требовалось.

На белом листке сначала появились розовые стены комнаты, потом детская кроватка, из-под которой выглядывал мячик-клубничка и, наконец, открытый шкаф, в котором виднелись детские вещи.

Томми смахнул рукой пот с лица. Он все это время думал о монстре, но не решался начать его рисовать. Всячески оттягивал, зная, что когда нарисует, то существо появится. Не понимал, почему настолько уверен, но твердо знал, что так и будет.

Томми был уверен, что как только появится существо, все закончится. Он был твердо убежден, что если и не умрет, то уже никогда не будет прежним. Мальчик не понимал, что давно прошел точку невозврата.

Томми приступил к финальной стадии рисунка. Чем больше он думал о существе, тем сильнее дрожал шкаф. Вскоре шкаф начал подпрыгивать и с грохотом биться об пол и стену. Мальчик не прекращал рисовать и не отвлекался. Он был готов к тому, что произойдет дальше.

В самом конце Томми начал разукрашивать глаза. Он слышал от учителя, что рисунок оживает, когда у него появляются глаза. Мальчик не спешил и не боялся. Он знал, что существо не появится, пока рисунок не будет закончен.

Четырнадцатилетний мальчик сделал последний штрих красным карандашом и мысленно сжался в клубочек. По комнате разнесся запах разложения, но Томми решил держатся гордо. Он не только не стал закрывать нос руками, но даже не скривился. Шкаф подлетел на несколько метров в воздух и с оглушительным грохотом упал на землю. Дверцы отлетели в сторону и ударились о стену в метре от мальчика.

Томми вздрогнул.

Существо вышло из шкафа, а на его рыле было что-то отдаленно напоминающее ухмылку.

-При-вет, – сказал монстр необыкновенно низким голосом и направился к мальчику.

Если бы Томми мог думать в тот момент, то он бы непременно разочаровался. Все время он считал, что существо не умеет говорить, а если бы и умело, то его голос был бы высоким и хрюкающим. Это оказалось далеко от реальности. Голос существа звучал поставленным, как у хорошего оратора, и настолько низким, что не один человек не смог бы так разговаривать.

Монстр подошел вплотную к мальчику и посмотрел на него сверху вниз. Томми сидел на полу, сжавшись в комочек, но не плакал, а смотрел существу прямо в глаза.

-Ты смелый, – как бы между прочим заметил демон. В его голосе не звучало уважения, впрочем, иронии там тоже не было. Просто сухая констатация факта. – Зачем ты меня призвал? Я же сказал, твое время еще не пришло.

Томми поежился под взглядом монстра, но не опустил глаза. Он даже хотел выпрямиться, чтобы стать почти наравне с невысоким существом, но не рискнул. Он прокашлялся, чтобы избавиться от болезненного кома в горле, который мешал говорить, и начал:

-Что…ты?

-Я?

Существо рассмеялось. Смех был похож на рычание. Он резал слух и приносил настоящую боль, поэтому Томми зажал уши руками. Монстр тоже скривился, словно боль Томми передалась ему, и замолчал.

-Мальчик, я думаю ты уже давно догадался кто я. Я демон, житель преисподней, исполнитель желаний и искушенный палач.

Он посмотрел на мальчика, чтобы понять, какую реакцию вызвал. Лицо Томми осталось непроницаемым. Он догадывался, что это существо действительно демон, а пытки больше не пугали мальчика. Они начались еще шесть лет назад, а это приличный срок, чтобы привыкнуть. Теперь Томми был готов ко всему, даже умереть. Он больше не боялся. Наверное, просто не мог.

Демон скривился. Он ожидал бурную реакцию. Обычно его жертвы кричат, вырываются и молят о пощаде, а в этот раз ничего такого.

-Ты меня не боишься?

-Больше нет, – сказал мальчик пустым голосом. Казалось, он уже умер и давно не здесь, а тело продолжает отвечать в автоматическом режиме.

-Почему?

-Зачем ты издевался надо мной все эти годы? Что я тебе сделал? – Томми проигнорировал вопрос демона.

Монстр удивился еще сильнее. Он не привык, что люди так ведут себя с ним. Этот дерзкий мальчик уже давно был бы мертв, если бы он мог ему навредить. Но он не мог. Пока…

Демон выпрямился в полный рост и оскалился. Из его рта вырвалось зеленое облако смрада, которое ударил Томми в нос. Мальчик мысленно содрогнулся. Его желудок сжался, но он удержал рвотный рефлекс, хотя это стоило ему огромных усилий.

-Я уничтожу тебя. Раздавлю, как люди топчут улиток после дождя. Ты умрешь в жутких мучениях, а перед смертью будешь проклинать тот день, когда появился на свет! – закричал демон.

Томми безразлично пожал плечами. Монстр от удивления, застыл на месте. Он не понимал, что происходит. Он, подобно Эриниям, сводил мальчика с ума, был его ночным, дневным и любым другим кошмаром, а теперь этот пацан стоит перед ним так, словно рыцарь перед поверженным драконом.

-Ты меня совсем не боишься?

-Нет.

-Но…

-Не, – снова повторил мальчик.

-Что ты хочешь?

В глазах мальчика появилась искорка разума.

-Я хочу….чтобы…ты не трогал мою семью и не обижал мою сестру.

-Я и не смог бы ее обидеть, мне нужен только ты, – сказал демон и сразу замолчал.

Он понял, что ляпнул лишнего, но этот мальчик вывел его из равновесия. За тысячелетие жизни еще никто не вел себя с ним похожим образом. Все должники молили о пощаде, валялись в ногах и целовали копыта, никому это не помогало, но они все так делали. Все, кроме Томми.

“Он ведет себя так, словно не он жертва, а я. Может он не человек? – подумал демон и с опаской посмотрел на мальчика. – Нет. Все-таки человек, но какой-то другой. Неужели это я с ним сделал?”

-Значит ей не угрожает опасность?

Демон рассмеялся. Он пытался сделать вид, что смеется искренне.

-О, конечно нет. Неужели я похож на злодея? Сначала я просто убью тебя, а потом всю твою семью, но сначала я буду их пытать! Они будут кричать, я буду наслаждаться их болью, а в конце умоюсь кровью и съем их сердца. Никакой опасности.

Томми улыбнулся.

Он услышал то, что хотел. Если демон сначала убьет его, то родители с Ритой точно переедут из этого дома и им не будет угрожать никакая опасность, что бы там не говорил демон. За столько лет мальчик понял, что существо не может далеко отходить от шкафа и уж точно не способно покинуть дом.

Томми ликовал.

Демона его настроение не просто сбило с толку, оно его раздавило. Ему стало страшно. Впервые в его длинной жизни происходило что-то по-настоящему необычное.

“Что не так с этим ребенком? Зачем он меня призвал и что от меня хочет? Он точно не сумасшедший. Запаха безумия почти нет, как и запах страха.” – демон с ужасом прокручивал в голове мысли и возможные варианты.

Он ничего не понимал, потому что забыл о главном, Томми – ребенок.

Дети многого не понимают. Они по-настоящему не понимают, что такое смерть, а неприятности для них похожи на кино: если сменить диск, то изменится и фильм. Дети не способны по-настоящему бояться, у них для этого недостаточно опыта.

-Почему ты меня преследуешь?

-Потому, что твоя душа принадлежит мне, – тихо ответил демон.

Он боялся врать мальчику, как и боялся отмалчиваться.

-Почему?

-Ну…

-Говори все! – неожиданно для самого себя крикнул Томми.

Демон дернулся от испуга и начал покорно рассказывать:

-Когда-то давно мать твоей матери заключила со мной контракт. Наверное, она сама не понимала, что делает, даже не знала условия, но это не моя проблема. Наоборот, я был рад, – он с опаской посмотрел на мальчика и продолжил. – Она исполнила ритуал, который наложил на нас обоих определенные обязательства. Я убил людей, на которых она указала, а взамен она должна была отдать мне своего первенца – мальчика. Это было колдовство крови. У нее обязан был родиться мальчик, но почему-то родилась девочка. Тогда долг перешел ее дочери, но возникли условия, которых быть не могло, ведь этот ритуал придумал я! Не знаю, что произошло, но я больше не имел права забрать ребенка, который только родился. Ты должен был об, и только тогда стал бы моим. Но ты не спешил грешить…

-Почему шкаф? – отрешенно спросил Томми. Он слушал демона отрывками, вырывая из речи только те моменты, которые считал важными.

-За эти годы было меньше желающих заключать со мной контракты, я ослаб, но, видимо, дело было не только в этом, видимо, это еще одно новое условие, о котором я не знал. Пока ты не согрешишь, к тебе я мог приходить только туда, где был совершен большой грех, в место, где проводился ритуал.

-Почему я тебя нарисовал именно так, как ты выглядишь?

-Мальчик, ты немного не понял. Не ты нарисовал меня так, как я выгляжу, а наоборот, я выгляжу именно так, как ты меня нарисовал. Ты был ребенком и боялся чего-то из шкафа, но ты не мог четко понять, чего именно боишься. Я смог появиться только тогда, когда ты придумал, как я выгляжу. Смерть должна обрести плоть, – улыбнулся демон, но вздрогнул и снова стал серьезным.

-Если ты меня заберешь, моя семья будет в безопасности?

-Да, – сказал демон и облегченно вздохнул.

Похоже мальчик не понял, что он и так не может навредить его семье.

-Хорошо, да будет так. С этого момента мое тело и моя душа принадлежат только тебе! – прокричал мальчик и заплакал.

Демон обрадовался, но его хорошее настроение мигом сменилось на гримасу боли. Он упал на землю, свернулся калачиком и закричал.

Мальчик медленно подошел к демону и погладил его по плечу. Он сам не понимал, зачем это сделал, но ему стало невыносимо жалко существо. Он не был виноват, что родился таким. Дети до рождения не выбирают себе семью, цвет кожи и социальный статус, возможно, с демонами дела обстоят так же.

-Все хорошо? – заботливо спросил Томми.

Демон, содрогаясь всем телом, встал на ноги и посмотрел мальчику прямо в глаза.

-Да, господин.

-Какой господин? О чем ты?

-Не я забрал душу, а ты сам отдал ее мне, когда она мне не принадлежала. Это был контракт. Теперь я обязан тебе служить и защищать твою семью, но ты пожертвовал собой, не зная правил и без злого умысла, а значит я никогда не смогу забрать твою душу… Теперь я обязан служить вам вечно, господин.

Демон встал на колени и поклонился к самым ногам Томми. Мальчик сделал неосознанный шаг назад.

-Встань, пожалуйста.

-Слушаюсь, господин.

-Я не твой господин. Это все ерунда. Прекрати.

-Прекратить что? Прекратить обращаться к вам господин или прекратить вам служить?

-Да!

-Я не могу. Я обязан служить вам вечно.

-Нет. Это неправильно! – мальчик заплакал. Ему стало жалко существо, которое издевалось над ним всю жизнь.

-Я согласен, но ничего нельзя изменить.

Мальчик вытер рукавом слезы.

-Можно! Ты должен выполнять любые мои приказы?

-Да, господин.

-Тогда я приказываю тебе стать свободным.

-Совсем? – удивленно уточнил демон.

-Да, совсем.

Демон упал на колени, обнял мальчика за ноги и расплакался.

-Спасибо! – повторил он три раза и посмотрел мальчику прямо в глаза. – Ты понимаешь, что ты натворил? Я больше не должен служить тебе, но это не самое лучшее. Ты сделал для меня намного больше. Я больше не должен служить аду!

Сзади демона появилась огненная яма, он сделал шаг назад и растворился. Как только он пропал, яма исчезла, а на ее месте снова был обычный пол.

Томми посмотрел на пол, в то место, куда провалился демон, и слабо улыбнулся. Его больше ничего не волновало, даже хаос в его старой комнате. Дело было сделано. Он из последних сил забрался в детскую кроватку и отключился.

VII

Томми открыл глаза и увидел, что рядом с кроватью сидели родители. Тело было невыносимо тяжелым, но все же мальчик нашел силы, чтобы поднять голову.

-Мама, папа, с демоном покончено. Я победил!

Томми попытался улыбнуться, но вышла ужасная гримаса. Грета вздрогнула.

-Да, сынок, скоро с демоном будет окончательно покончено. Скоро ты выздоровеешь, – грустным голосом сказал Уолтер.

Только теперь мальчик понял, что не может пошевелиться. Он опустил голову и увидел, что на нем белый халат, рукава которого были связаны сзади. Он удивленно посмотрел на родителей и понял, что он не дома. Стены были белыми и сделаны из какого-то мягкого материала.

-Мам? Пап?

-Прости, сынок, так будет лучше, – снова сказал отец.

Грета заплакала, Уолтер обнял ее за плечи, и они вместе вышли из палаты. Мальчик остался совсем один.

Пятнадцать

I

Два санитара шли по длинному коридору. Вокруг них раздавались стоны, несвязанные крики и бессмысленные молитвы, но они не обращали на них внимания. Это были обычные будни в психиатрической лечебнице, и они к ним давно привыкли.

-Гари, ты читал газеты?

-Нет, а что?

-Похоже, скоро у нас будет пополнение. На первой полосе красуется надпись, что свиноподобный прямоходящий монстр спас двухлетнего ребенка из горящего дома, а потом исчез.

-Ну и бред! Что дальше? Новости про НЛО, которые тушат лесные пожары? Ктулху, который принимает роды? Чупакабра, который пасет овец?

Санитары расхохотались.

II

-Томми, дружище, приди в себя, – раздался низкий голос.

Мальчик медленно отвел непонимающий взгляд от стены и уставился на старого знакомого. В его палате стоял демон.

-Ээ…

-Что они с тобой сделали?

-Т-ы-ы. Де-е-е-мон.

-Да, это я, – грустно ответило существо. – Но я уже давно не демон. Благодаря тебе я больше не служу аду. Помнишь?

-Помнишь. – тупо повторил Томми.

-Прости, у меня мало времени. Я должен тебе рассказать, что в твоем доме был пожар.

-По-жар, – мальчик будто попробовал это слово на вкус и, кажется, оно ему не понравилось.

-Твоя сестра, она чуть не погибла. Я ее спас. У нее шок, но, думаю, она будет в порядке.

-Сестра, долг, демон, зло, абыр-абыр. – Томми глупо расхохотался. – Ты моя выдумка. Ла-ла-ла.

-Прости, мне нужно идти.

Демон исчез. Мальчик заметил, что его больше нет, только через пол часа, когда действие наркотиков начало идти на спад. К этому времени у него в палате уже сидел врач, который исписал несколько страниц в своем блокноте.

-Это вы? А где он? – спросил Томми, к которому начало возвращается сознание.

-Да, это я. А он, демон, ты же его имеешь ввиду?

Томми кивнул, слюна капнула на рубашку.

-Он там же, где и всегда – только в твоей голове, – доктор сделал паузу и поправил очки. – Мне так жаль, мальчик, я думал, что ты идешь на поправку, но, похоже, тебе придется здесь еще задержаться.

Врач вышел из палаты. Томми снова остался один.

Восемнадцать

-Что значит «пропал»? – кричал доктор. – Гари, ты идиот? Сколько ты здесь работаешь? Десять? Пятнадцать лет? Из нашей больницы, при моем руководстве, никто не сбегал. Как ты мог упустить мальчика? У него самая странная форма шизофрении, которую я только встречал. Он мог помочь мне обрести известность. Если бы я его вылечил, то прославился. Ты понимаешь, что ты натворил?

-Но, сэр, я не знаю, как это произошло. Дверь в его палату была закрыта, а внутри никого. Я спросил у коллег, никто не входил и не выходил. Он словно растворился в воздухе. Магия…

-Магия? – переспросил врач. – Пошел вон отсюда, бегом, а то окажешься на его месте!

Инфинити

Внутри каждого скрыто зло. Любой способен совершить ужасный поступок. Трудолюбивая няня может подсыпать ребенку яд. Офисный клерк может застрелить директора. Добродушный учитель может заминировать себя и детей, а потом в прямом эфире нажать на кнопку детонатора.

В каждом из нас живет монстр. Если он вырвется на свободу, все изменится. Добряк превратится в сгусток ненависти, а пацифист в убийцу.

Люди боятся своих монстров.

Многие говорят, что человечество обречено, что мы способны только убивать и разрушать. Нам нужен лишь толчок, который сорвет маски и обнажит клыки наших внутренних демонов.

Люди способны предавать близких и уничтожать спасителей, но это лишь часть правды. Если внутри самых чистых из нас живет зло, то, возможно, внутри монстров живет добро?

Все монстры, как и все святые, когда-то были просто детьми. Каждый сам решает, кем стать.

мистиканаш мир

Алексей Орлов • 25.08.2015


Следующая запись